Семья попаданцев. Дилогия

Бологое. Хорошо, что обходчик заметил и успел остановить поезд, а то бы неприятностей не избежать!
– Все нормально! Как сам‑то? Дети, жена, работа?
– Проходи в гостиную. Настя подаст завтрак, за ним и поговорим.
Приведя себя с дороги в порядок, Александр направился в гостиную, где его ожидал Алексей, расположившись за столом. Настя поздоровалась с гостем и поставила на стол скромную еду, и пошла собираться на работу. Мужчины остались одни.
– Не обессудь, пост еще не кончился.
– Не волнуйся, с дороги все пойдет. Не томи, рассказывай все по порядку, не пропуская ничего. Мне все важно знать!
Алексей передал почти слово в слово свой разговор с митрополитом, и его внешнюю реакцию на услышанное.
– А зачем в столицу он ездил?
– По делам синода. Не думаю, что он кому‑нибудь рассказал о нашем разговоре. Пока не поговорит с тобой и не узнает, что ты предлагаешь делать, и не определит свое место во всем этом, никаких действий не произойдет. Он мне сам об этом сказал.
– Твои слова да Богу в уши! Когда и где он нас ждет?
– Сегодня в три часа пополудни в своем кабинете в Успенском соборе.
– Нас пропустят?
– Все предупреждены, никаких задержек не должно быть.
– Я в Ваших обычаях не силен. Могу предстать перед митрополитом в этой одежде, или надо надеть что‑то другое?
– Все нормально. При встрече я возьму у митрополита благословение. Он предупрежден, что ты – атеист. Так что можешь только поклониться.
– Он этим не удивлен?
– Если и удивлен, то мне никак этого не показал. Выслушал молча и только кивнул головой.
– Митрополит Владимир не слишком большой ортодокс? Не шокирую его своими планами и предложениями?
– Больше, чем я его шокировал, по‑моему, сделать невозможно. Думаю, он готов к любым предложениям.
– Если он не согласится с моим планом, каких действий от него можно ожидать?
– Я не знаю. Однако уверен, что ничего плохого от него ожидать не приходится. Если он будет с чем‑то не согласен, то прямо об этом скажет. Если к консенсусу прийти не удастся, то ты всегда сможешь покинуть Россию. Препятствий тебе никто чинить не будет. Только возьмут слово не разглашать все, что тебе известно о будущем.
– Что ж, и это не мало. Как‑то не спокойно у меня на сердце в ожидании этой встречи. А против тебя никаких репрессий не будет?
– Думаю, что нет. Митрополит Владимир очень умный человек.
Переговорив о событиях дома, жизни племянников и племянниц, братья стали собираться в Успенский собор.
Ровно в три пополудни они были в кабинете митрополита Владимира.
– Ваше Высокопреосвященство, это мой брат Александр, о котором я Вам рассказывал!
Митрополит Владимир смотрел на Александра пристально и жестко. Его взгляд буравил душу, стараясь понять сущность человека, стоящего перед ним.
– Здравствуй, сын мой! Все ли хорошо у тебя? Проходи, садись…
Александр в ответ на приветствие скромно кивнул и сел за стол, напротив митрополита. Рядом разместился Алексей.
– Отец Алексей поведал мне о Ваших делах, и я счел необходимым встретиться с Вами обоими, чтобы понять, что я могу ожидать от Вас в связи с теми знаниями и умениями, которыми обладаете. И как Вы собираетесь воспользоваться своим после знанием, в каких целях и каким образом!
– Ваше Высокопреосвященство! Попадание в это время для нас самих стало непредвиденным событием, весьма нежелательным и необъяснимым! Но что случилось, то случилось. Я принимаю это как данность, с которой надо смириться. Но, обладая после знанием будущего во всех его проявлениях, просто наблюдать события и не попытаться хотя бы немного изменить их ужасный ход – свыше моих сил. Я много раздумывал, как поступить. И только после того, как более‑менее вписался в это время, с нуля за шесть лет прошел путь от практически неимущего до человека, имеющего значительный капитал, и занявшего определенное положение в обществе, доказав себе, что я тоже кое‑чего могу в этой жизни добиться, и довольно быстро, позволил себе задуматься над моим местом в этом мире. Думаю, что если бы я ничего не мог предъявить Вам в качестве моей успешности, то и разговаривать бы Вы со мной не стали!
– Александр Геннадиевич! Во многом Вы правы, но я пригласил Вас на встречу, в первую очередь, не для этого! Я хочу понять, что Вы собираетесь предпринять сейчас, когда смогли врасти в наш мир, занять в нем определенное место. Я не умаляю Ваши достижения, но и не считаю их чем‑то необычным: ведь человек будущего значительно больше моих современников знает, умеет и может!
– Я согласен с Вами. В конце 1894 года я разработал план действий, позволяющий, на мой взгляд, несколько изменить ход истории, по‑другому