Сепаратисты

Это еще заповедовал Пророк. Но все?!
  Совершенно точно известно — контакты между островом и континентом продолжались все это время. Они были не слишком интенсивными, при натуральной экономике не имело смысла вести далеко продукцию, однако корабли заходили в гавани (частенько попадало в летописи), а несколько групп переселенцев, причем в немалом количестве, отмечены появлением новых кланов и разрушительными сражениями. Да и набеги с моря не слишком часто, но происходили.
  Захватчики (во главе флота вторжения стоял средний сын короля Шиола Тунор) заранее имели полную картину внутренней обстановки. Где умело вмешиваясь во взаимоотношения Кланов, где грубой силой, они утвердились сначала в районе Синенда, тогда всего лишь крепости на побережье, а затем в течение краткого срока (меньше пяти лет) подмяли под себя и остальной остров.
  Давление на местные Храмы было скорее в форме конфискации земель и раздач новой аристократии, чем с целью заставить изменить привычным нормам богослужения. В 21 веке Шиол был достаточно терпимой страной. Уже столетие спустя множество связей как семейных, так и дружеских связывали новых переселенцев со старыми. Трения присутствовали в размерах не превышающих обычные бытовые склоки или борьбу Кланов за границы.
  Все коренным образом изменилось, когда в Шиоле грянула реформация. Король объявил себя главой церкви и высшим духовным авторитетом. У несогласных монастырей и Храмов конфисковывали собственность. Происходили и убийства. В метрополии вспыхнула религиозная гражданская война. Победили в ней с большим трудом реформаторы, в ходе братоубийственных столкновений окончательно потерявшие всякую терпимость к чужому мнению и религии.
   На оставшейся в стороне от всеобщей кровавой мути Патре появились новоназначенные епископы из метрополии, проводящие крайне агрессивную политику в отношении ортодоксальной церкви острова. Не менее грубо обращающиеся с сохранявшими старую веру второй волной поселенцев. Обращения к властям в столицу игнорировались, вновь прибывшие воинские части вели себя как в оккупированной стране, не считаясь с законами.
   В 2451г вспыхнуло восстание Ангуса, лорда из второй волны переселенцев, поддержанное практически всеми составляющими население острова Кланами. В первые же дни мятежа погибло более десяти тысяч шиольцев. Убивали не только солдат и священников. Пострадали во множестве и обычные люди. Религиозные гонения довели патранов до белого каления и резня шла без особо разбора в вине конкретного человека.
  Остатки реформистов собрались в Синенде и отбивали атаки еще несколько месяцев до прибытия армии вторжения. Подавление восстания заняло почти два десятка лет, хотя Ангус погиб в первом сражении после высадки с кораблей карателей. Зверствовали солдаты в дальнейшем страшно. А воевать за годы гражданской войны в метрополии они научились прекрасно. Мятеж затянулся в основном из-за дальнего расстояния, не позволяющих перевезти достаточное количество войск. Сыграли роль и природные условия. В горах, куда отступили мятежники, не так просто было ловить отряды повстанцев.
  В результате страшного многолетнего мятежа, по поздним оценкам, свыше трети населения погибло. Целые районы обезлюдели и вновь обещанные поместья оставались без работников. Партизанская война все больше и больше принимала формы истребления. Чудо, что после этого вообще остались какие-либо патраны.
  Это всерьез обеспокоило королевские власти, благо предыдущий монарх скончался, а новый стремился не столько всех недовольных вырезать, сколько наполнить давно и прочно пустовавшую казну.
  Магур четвертый оказался реалистом и пошел на компромисс, позволивший загасить бесконечную партизанскую войну. Земли ортодоксальной церкви не вернули, зато разрешили в пределах острова исполнять ритуалы согласно древним обычаям и привилегиям, при условии призыва к замирению.
  Позднее в Кланы реформизм все-таки проник, но в совершенно другой форме. Его принимали практически в пику официальным Шиольским предписаниям для верующих. Сектанты требовали проповедь в церкви на живом, народном языке. Отсутствия подчиненности сверху донизу. Церковная организация должна представлять собой совокупность приходов, управляемых пасторами, избираемыми прихожанами. Возможно существование проповедников и наставников, но ни в коем случае назначение другим духовником. По сану все равны между собой. Вот авторитет мог быть различным и к словам одного прислушивались больше, чем к другому.
   Ортодоксальная церковь объединяла под своим управлением все-таки две трети патранов. Множество реформистских сект