Сепаратисты

постоянный распорядок и самое страшное снаряд большого калибра, попавший раз пять в борт за всю войну. Совсем другое участвовать в рукопашной. Ничего нет страшнее. Там дерутся всем. Штыками, ножами, лопатками, гранатами, кулаками и зубами. Все хотят первыми убить врага и самим остаться живыми. Протяженность окопов или поля потом измеряется количеством трупов.
  Сегодня было милое развлечение в сравнению с прошлым и не все забыли каков реальный бой. А инженер впервые поучаствовал и не стоит скрючившись, выворачиваемый наизнанку после некоторых сцен. Честь ему и хвала. И все-таки…
  — Займись своими прямыми делами, — твердо приказал Лайс. — Каждому свое.
  — Да? И кто у нас получит должность начальника Лиги в Натмуке?
  — Вот ты и посоветуешь, идет? А мне нужно совсем другое.
  — Не доходит до меня, — сознался Зверев, моргая честными глазами. — Зачем это нужно? Вот это, — он кивнул на площадь, — я представляю. А спорт?
  — Представитель Лиги занимает первое место на соревнованиях по боксу и едет в другую страну, давать там интервью. Чем плохо?
  — Я не разбираюсь в боксе.
  — Зато в баскетболе замечательно, — мысленно вздохнув, заверил Рудов. Он сам не в курсе, но Уна говорила у инженер-капитана даже какая-то серьезная медаль имеется. Лет пятнадцать назад он вполне профессионально играл на общешиольских соревнованиях флота. — Короче, — поспешно прервал сам себя, поучения не вышло, напрашивались подозрительные переговоры. — Мордобитие явно не твоя стихия. Давай честно, за что ты хочешь отвечать.
  — Флот, — моментально ответил Зверев.
  — А он у нас завелся?
  — Понадобится.
  — Тогда подваливай завтра, — Лайс прикинул расписание, — часам к трем. Обсудишь свои идеи с Команданте. Это выше моего разумения. По мне самый лучший выход прямо просить потребное. Глупо заставлять человека заниматься неприятным ему делом. Только обдумай предварительно, кем заменить себя.
  — Слово?
  — Еще землю есть заставь! Мы вроде взрослые ребята, а ты вообще офицер!
  — Знаешь, — очень тихо сказал Зверев, — я себя ощущаю по прежнему юношей, только вчера окончившим мореходку. Будто все над головой пронеслось, пока я ковырялся в железках. Даже на детей иногда смотрю и удивляюсь. У меня и такие большие?
  — Так это ж хорошо, — убежденно заявил Лайс. — Сохранить молодость в душе. Жизнь прекрасна и не люблю странных людей вечно ноющих и изображающих страдания. Лучше уж остаться мальчишкой до самой смерти и удивляться окружающему миру.
  — Да я не о том. Не мое дело люди. Я чувствую себя неловко, командуя и не представляя к чему. Вот турбины, механизмы — вызывают интерес.
  — Договорились, — согласился Рудов.
  Все-таки каждому свое. Променять должность начальника Лиги в крупнейшем городе на абстрактную возможность возиться с двумя или тремя шаландами, называя их флотом. Еще неизвестно найдутся ли там вожделенные механизмы или придется ходить под парусом.
  Работать руками он умел, но сейчас шел как раз в обратную сторону, к руководству людьми. Чем дальше, тем больше попадало к нему в подчинение народу и далеко не каждый раз все решалось настолько просто. Дал по кумполу и сиди, перекуривай. Власть штука притягательная и выпускать ее обидно. Это называется честолюбием и ничего ужасного он в себе не находил. Власть не цель. Это попутное. Обеспечить людям в стране возможность жить и свободно трудиться, получая достаточно для семей и повышая благосостояние — вот основная идея. А если придется идти к ней по крови, ничего не поделаешь. Даром ты только рождаешься и умираешь.
  Интерлю́дия
  Прояснить подробности финансирования, как Лиги ветеранов, так и Национальной Лиги не представляется возможным. Без сомнения на первом этапе своего существования ЛВ постоянно нуждалась в деньгах. Источниками служили: членские взносы (10 ‘корон’ в год — для многих серьезная сумма), пожертвования сторонников. Суммы, собиравшиеся после митингов, иногда исчислялись сотнями и даже тысячами ‘корон’. По крайней мере, дважды отмечены серьезные поступления: завещание и деньги от эмигрантской общины. С выходцами из Патры представители Лиги и в дальнейшем плотно продолжали работать. Есть сведения о пожертвованиях и из Шилола.
  Начиная с Камарена материальное положение ЛВ изменилось и начался процесс ее оформления в Национальную Лигу, что немаловажно. Увеличилось количество членов, завязались интенсивные контакты с серьезными предпринимателями. Если вспомнить политику Королевского правительства с введением таможенных пошлин на товары с Патры, ничего удивительного. Промышленники вряд ли являлись горячими сторонниками новой организации, однако выбрали