В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
Его глаза выкатились, на глазах выступила пена. С каждой секундой он все сильнее рвался из пут, дергая руками и ногами, выгибая тело. Подошел к нему. Секунду смотрел ему в глаза. Не знаю, что он там увидел, но сразу перестал кричать и заскулил на собачий манер, жалобно и противно. Какое‑то время я стоял и молча смотрел на этого выродка, но видел сейчас не его, а истерзанное тело замученного разбойниками человека. Тяжелая волна ненависти, смешавшись с кровью, ударила в голову, зашумела в ушах, застучала в висках. И уже кто‑то другой, а не Женька Турмин, сейчас стоял и смотрел на убийцу маленьких детей. Я даже не сделал попытки сдержать себя, когда рука потянулась за кинжалом. Выхватив его, я вонзил тонкое острое лезвие в человеческую плоть. Вытащил и снова ударил, только тут убийца, словно очнулся и взвыл, чуть ли не по‑звериному. Я отступил на шаг. Мгновение смотрел на расплывающееся пятно крови на его рубашке, затем резким движением отсек часть подола его рубашки, с силой вбил кусок жесткой ткани тому в рот. После чего отошел и сел на траву. Внутри меня все дрожало, но голова была ясная, и мысли бежали четкие и понятные.
‘Я все сделал правильно. Покарал убийцу и разбойника. Главное, чтобы в будущем не перегнуть палку с восстановлением справедливости. А то глядишь, войду во вкус и…’.
Из раздумий меня вывели непонятные звуки: шорохи, звяканье и стук. Джеффри и китайцы появились на поляне с добычей из тайника разбойников. Три заплечных мешка и сума, наподобие тех, что носят нищие и паломники, даже на вид, были тяжелы. Поднялся, подошел. Перехватив взгляд телохранителя, брошенный на бандита, привязанного к дереву, сказал:
‑ Этого отвяжите… и бросьте в кусты! Где‑нибудь подальше. Мальчишку накормить и отпустить. Джеффри, дашь ему денег! И не меди, а серебра!
‑ Понял, господин.
Когда разбор и упаковка награбленного разбойниками закончилась, я выступил перед своим маленьким отрядом с короткой благодарственной речью: ‑ Джеффри, ты молодец! Хью! Ляо! Чжан! Лю! Вы, парни, отлично поработали! Благодаря вам одной бандой головорезов в этих лесах стало меньше! Предлагаю это дело отметить! Где у нас там бурдюк с вином?!
Через час я уже готовился отойти ко сну, как ко мне подошел телохранитель. Присев на корточки, протянул мне деревянный тубус: ‑ Извините, господин, только сейчас о нем вспомнил. Лю нашел его среди вещей в лагере и передал мне. Возьмите.
‑ Спасибо, Джеффри. И еще. Я очень ценю твою службу.
‑ Спасибо, господин.
Только он поднялся и собрался идти к своему месту, как луна выскользнула из‑за туч и осветила деревянный футляр. Печать! Печать!! Точно такая же печать стояла на тубусе аббата, которым тот запечатал письмо, которое я вез его хорошему знакомому во Францию. Оно сейчас лежало на дне из одной из переметных сумок.
Я даже подскочил от неожиданности, потому как за всеми этими приключениями, и думать забыл о письме аббата. Джеффри замер, глядя на меня в недоумении.
‘Тот. Убитый. Он…’.
‑ Тот, которого пытали… Где Хью? Живо ко мне!
Тот уже спал, когда Джеффри поставил на ноги и приволок ко мне. Сейчас тот моргал сонными глазами и зевал во весь рот.
‑ Что случилось, сэр?!
‑ Он что‑нибудь сказал?!
‑ Кто господин?!
‑ Тот несчастный, которого я приказал… прикончить.
Лицо Хью виновато вытянулось:
‑ Так приказа не было слушать. А так только несколько слов… сказал неразборчиво. Что‑то насчет хранителей… и про замок. Ле‑ Бокапер, что ли?
‑ Может, Ле‑Бонапьер?
‑ Точно, господин.
‑ И больше ничего?
‑ Нет, господин.
‑ Идите, спать! Оба!
ГЛАВА 12
СНОВА В ДОРОГЕ
Наступила ночь, когда мы, наконец, добрались до лесной гостиницы, стоявшей на перекрестке дорог. Над входной дверью в длинное и низкое здание постоялого двора пылали два факела, приглашая запоздавших путников, а из окна торчал длинный шест с привязанным к нему пучком зелени ‑ знак того, что на постоялом дворе продаются спиртные напитки. Подъехав ближе, стало видно, что дом сложен из неотесанных и плохо пригнанных бревен, сквозь щели которых было отчетливо видны отблески пламени. Крыша убогая, из полусгнившей соломы. У коновязи были привязаны две лошади.
Несмотря на внешний вид гостиницы, я обрадовался этому приюту путников. Последние шесть часов езды настолько утомили меня, что был готов примириться даже с тараканами и мышами, которые ожидали меня в этой
