В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
Я хорошо знал расценки найма, знал о войнах, мелких и больших, происходящих в Европе, знал имена наиболее удачных и успешных командиров и полководцев. Стал немного разбираться в тактике и стратегии ведения сражений, штурме и осаде городов, засадах и стычках, поднабрался знаний в геральдике и этикете. Старался поддерживать свою физическую форму, а ежедневные тренировки с оружием стали для меня таким же необходимым ритуалом, как еда и сон. Помимо меча и боевой секиры, я стал недурно владеть палицей и всеми ее разновидностями. В стрельбе из арбалета так же мало кому уступал ‑ мои стрелы били в цель точно и метко. Приспособление для натяжения тетивы арбалета или ‘козья ножка’, по моей убедительной просьбе, мои люди пока хранили в тайне. Так же не забыл я и про карман, свое первое изобретение в этом времени. В большинстве моих одежд имелся один, а то и два, потайных кармана. Письмо аббата, постоянно находилось при мне, кочуя из одного потайного кармана в другой.
Перед путешествием по Франции я долго и мучительно решал вопрос, что мне делать с деньгами. У меня и так была по нынешним временам большая сумма денег, а с учетом выплаты выкупа, она стала почти космической. Я прекрасно понимал, что на том опасном пути, который нас ждет, идти с такой суммой наличных будет просто верхом безумия. Ответ на этот вопрос мне подсказал, ни кто иной, мой бывший пленник, барон Анри де Грен. За это время мы с ним подружились и нередко проводили время вместе. Вот и в последний вечер, перед его отъездом, сидя за кувшином вина, мы беседовали о разных пустяках. Неожиданно я вспомнил о своей проблеме и решил спросить его, как он в свое время решил ее.
‑ Анри, а как ты получил деньги? Ведь это риск! Особенно в такое опасное время!
В ответ я получил маленькую лекцию, о банках и ростовщиках.
‑ Мой друг, деньги на хранение купцам и банкирам Италии отдают многие бароны, прелаты и другие обеспеченные люди, как в самой Италии, так и за ее пределами. Франции, Англии, Испании. Трудно назвать страну, где не знали бы об итальянских банках и торговых компаниях, которые благодаря своим связям и большим оборотам не были бы готовы ссудить под залог некоторую сумму. Зачем держать при себе столько наличности, если можно отдать их на хранение известному торговому дому (лучше итальянскому) под небольшой процент, а вместо нее получить расписки, которые потом можно будет обменять на наличные в том же Лондоне, Париже или Генуе. Вот и мне привезли денежную расписку, которую обменял на наличные, здесь в Бордо, в одной из банковских контор.
Я задумался. Все выглядело довольно просто, но в то же время ‑ сомнений хоть отбавляй! Банк лопнет, торговый дом разориться или банкир с моими денежками убежит в дальние края. А еще: вдруг возьмут, а потом откажутся отдавать? Типа расписка поддельная или кому отдавали, с тем и разбирайтесь. Свои сомнения тут же вынес на суждение барона, который, похоже, больше моего разбирался в этих делах.
‑ Да. Разориться торговый дом может, но чтобы просто так взять и не выплатить по денежной расписке ‑ такого еще не бывало ни разу! У итальянских банкиров репутация превыше всего! Мой друг, могу рассказать тебе интересную историю…
Из его рассказа я узнал, что один из его дальних родственников, тоже барон, взял денежную ссуду у одной известной итальянской компании, а затем отказался ее отдавать. Спустя месяц в ворота его замка постучался гонец. Он привез буллу об анафеме, подписанную самим папой, а также предложение итальянского дома: анафема будет снята, если тот отдаст долг со всеми процентами. Через два месяца барон, очень богобоязненный человек, привез и отдал все до копеечки.
На следующее утро, сопровождаемый своим верным телохранителем, я сдал почти все свои наличные капиталы представителю итальянской банкирской компании, а вместо них получил заверенную подписями и печатями денежную расписку. Эта была последняя проблема, разрешив которую, я выступил вместе с отрядом Уилларда.
Ощутив на своей шкуре все прелести ремесла солдата, я теперь реально смотрел на вещи, а значит, понимал, насколько мал шанс, такому как я, ловцу удачи, стать богатым и влиятельным вельможей. Но, как ухватить за хвост птицу удачи, и при этом еще не промахнуться в выборе стороны, чтобы потом самому не оказаться в лагере проигравших?! Может это письмо, что я вез и станет первой ступенькой к моему возвышению, а возможно ‑ и нет. Но как бы то ни было, я и без статистики знал ‑ среди наемников слишком велик процент смертности, а значит, этот мой период жизни надо будет сделать как можно более кратким. Впрочем, кое‑какие расчеты, я все же сделал. За эти полгода, в качестве воина на службе английской короны я убил девять человек. В этом случае, как говорят среди
