В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
были шлемы типа «бацинет» или «салад». Для меня форма «шапеля» ассоциировалась с глубокой миской. Каски были одеты поверх капюшона и удерживались под подбородком с помощью ремешка. Костюм большинства солдат состоял из простых шерстяных чулок и рубашки, поверх которой одета кольчуга с коротким рукавом, а на других можно было видеть одетые поверх рубашки кожаные куртки и войлочные шапки. Как я потом узнал, при жаре чулки отстегивались и спускались до колена. В добавление к основному оружию на поясе швейцарцев висели длинные ножи, короткие мечи и топоры.
Офицер отряда, ехавший во главе колонны, был сурового вида мужчина, лет тридцати пяти. Загорелое и обветренное лицо с грубыми чертами могло принадлежать обычному крестьянину, если бы не умный и цепкий взгляд, брошенный на меня из‑под толстых и густых бровей. Одет он был, как одеваются офицеры в походе. Шоссы, камзол, металлический нагрудник, а сверху «коттон», накидка с разрезами. Голову прикрывал берет с пышным пером. Подъехав, я вежливо представился, капитан ответил мне тем же. Карл Ундербальд. Проблем с языком не оказалось, так как оказалось, что капитан уже бывал в Италии. Отслужив наемником около трех лет, он неплохо говорил по‑итальянски.
Как и предположил Джеффри, швейцарцы шли в Италию. Хотя наняли их венецианцы, служить они должны были маркизату Феррары, маленькому государству, у которого с Венецией был заключен военный союз. Подробностей капитан не знал, кроме того, что маркизат собирает силы, готовясь к войне. Я с удовольствием слушал его рассказы о битвах и сражениях, как вдруг неожиданно понял, что ему плевать, с кем воевать. Ему абсолютно не были интересны причины, а сама война, так как именно она приносила доход.
Карл Ундербальд, в свою очередь, поинтересовался, по какому делу мы едем в Италию, на что я уклончиво ответил, что временно нахожусь на службе итальянского дворянина, а тот настолько высокомерен, что не соизволил мне даже намекнуть о своих делах. Швейцарец ухмыльнулся в густые усы и сказал, что каждый второй итальянец считает себя важной персоной, а если попробуешь поспорить, как тут же с жаром примется тебе доказывать, что именно среди его предков был тот или иной известный правитель или знаменитый полководец. Карл оказался живым и остроумным собеседником, и наша беседа могла бы затянуться надолго, если бы не окрик мессира Апреззо, приказывающий ускорить движение. Я тепло распрощался с капитаном, и вскоре колонна швейцарцев осталась позади.
ГЛАВА 6
ГРАФИНЯ
Мы уже давно ехали по итальянской земле, но об этом, как и о том, что находимся в землях Милана, города ‑ государства, узнали только спустя сутки, от двух торговцев, встретившихся нам по дороге. Дорога была спокойная, да и погода радовала. Нежаркая, но солнечная и теплая. Налетавший временами ветер, несмотря на позднюю осень, потряхивал все еще пышные кроны деревьев и шевелил изумрудного цвета траву на лужайках. Дорога, выведя нас из густого леса, последнее время петляла мимо лужаек, окаймленных густыми зарослями кустов, до тех пор, пока мы не въехали на пригорок. В пятидесяти ярдах от нас лежала довольно широкая река, по обоим берегам которой раскинулись то там, то здесь небольшие рощи деревьев. Через реку был переброшен мост, соединяющий два берега.
«Неплохое местечко для привала, ‑ подумал я и бросил вопросительный взгляд на мессира Чезаре Апреззо, от которого зависело, поедем мы дальше или остановимся здесь. Приближался вечер, а здесь была вода. Правда, каждый из нас, предпочел бы проехать еще час, а то и два, если бы точно знал, что наткнется на постоялый двор или хотя бы деревню. До ужаса хотелось горячей мясной похлебки, свежего хлеба, острого сыра и холодного вина! Если заночуем здесь, то ужин у нас будет такой, каким мы довольствовались последние два дня: вяленое мясо, сухие лепешки и вода из реки. Совершенно не равноценная замена!
И тут слуга Апреззо, Игнацио, вдруг неожиданно и резко ткнул рукой в сторону моста. Мы все, как один, повернули головы в указанном направлении. С минуту наблюдали за черной точкой, пока не стало ясно, нам навстречу скачет небольшой отряд, но настороженность не ушла ‑ слишком быстро они скакали.
‑ Гоняться?! Или догоняют?! ‑ высказал я вслух свои мысли.
Джеффри тут же дополнил:
‑ Может быть, это гонец, везущий важную весть?!
‑ Как же! Их там человек пять ‑ шесть. Гонцы с такой свитой не ездят, ‑ возразил я ему.
Итог нашим догадкам подвел мессир Апреззо:
‑ Давайте отъедем, вон, в те кусты и спешимся.
