В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
часовые?
«Раз уж вышел проветриться, заодно и проверю, ‑ тут же решил я.
Часовой на сторожевой, самой высокой башне замка, стоял на месте. Тускло блеснул шлем и лезвие алебарды. Хорошо. Один на месте. Стоп! С чего это он наклонился и во двор смотрит? Ему куда положено смотреть?! Разгильдяй! Где остальные? Надвратная башня? Где часовой?! Я сразу бросил взгляд на замковые ворота и цепи подвесного моста. Все нормально. Ворота закрыты на мощный засов. Мост, как ему и положено, поднят. Ага, вот и второй часовой. Наверно, отходил по нужде. Так, а где англичанин? Он должен был находиться на крепостной стене. Определенного места для него не было, так как это было своего рода страховка. Не было у меня доверия к итальянским солдатам. Не было и все! На пост попеременно ходили то лучники из отряда Томаса, то латники Черного Дика. Я уже хотел выйти из темноты на открытое пространство замкового двора, как неожиданно часовой из надвратной башни резко обернулся, затем подошел к парапету и внимательно оглядел внутренний двор.
«Кого он ищет? ‑ вместе с этим вопросом у меня по спине пробежал неприятный холодок.
Замерев в полной неподвижности, я стал наблюдать за часовым. Какое‑то время тот стоял, вслушиваясь и вглядываясь, потом отвернулся и отошел к внешней части стены. Я еще только пытался сообразить, чем вызвано его непонятное поведение, как услышал щелчок, а за ним свист. Кто‑то пустил стрелу из боевого лука. Рука автоматически нащупала рукоять кинжала, пока мозг лихорадочно составлял общую картину.
«Итальянцы пошли на предательство. Но англичанин?! Вот сука! В землю живыми закопать! В назидание другим! Ублюдки чертовы! Руки и ноги переломать и кинуть на съедение собакам! Вам всем мало не покажется, как…! Стоп! Без эмоций!».
Усилием воли я старательно стал гасить гнев и возмущение, но прошло не менее пяти минут, пока мне не удалось окончательно взять себя в руки.
«Стрела ушла с письмом. Так! Спустя время они получат ответ. Сегодня? Нет. У них нет времени для подготовки. Значит, завтра. Тянуть не будут. Побоятся. Что делать? Гм! Вычислить, кто сейчас на посту ‑ проще простого! Утром взять их и допросить, как положено. Подожди. А как они собираются совершить свое грязное дело? Скорее всего, ночью или на рассвете, предварительно убив меня, Джеффри и Игнацио, включая Черного Дика и Томаса, если те, конечно, не входят в число заговорщиков. После чего откроют ворота, поднимут решетку и опустят мост. Все так. Но для этого мало трех человек, стоящих сейчас на посту! Нужно, как минимум, вдвое, а то и втрое больше, ‑ при этой мысли меня прошиб холодный пот. ‑ Бля! Если бы не пришла графиня…. Может не зря меня счастливчиком называют! Не зря! Так, а это что? Арбалетный болт. Пришел ответ. Ишь, суки, как двор оглядывают! Кто из англичан? Кто этот сученок? Ага! Так. Решили у факела письмо почитать. Значит, ты гнида. Джон из Рамсея. А второй? Ха! Ничего удивительного! Антонио Брачелла. Если тогда тебя по моему приказу выпороли, то теперь с живого кожу снимут! И что дальше?».
Впрочем, как я и думал, в сторону врага ушла еще одна стрела ‑ письмо, после чего наступило затишье. Я продолжал ждать, тем более что было чем заняться ‑ обдумывал пришедшую в голову идею. Прошло около часа, пока не прошла смена караула, но ничего подозрительного при этом я не заметил. Выждав для очистки совести еще некоторое время, отправился обратно, но не к себе в спальню, а в комнату Джеффри. Разбудив, я коротко обрисовал ему обстановку и отправил за Игнатом. Когда они пришли, мы сели за проработку моего плана. Набросав его в общих чертах, легли спать тут же, не раздеваясь, с оружием под рукой.
В это самое время лег спать командующий армией герцога, маркиз Агостино ди Петро. Сомнения и тревоги командующего армией были схожи с моими, только с точностью наоборот, зато причина, которая свела нас в своеобразном поединке, была одна и та же. Нехватка продовольствия.
На пятые сутки, после того как Джеффри с отрядом объехал ближайшие деревни и скупил у крестьян излишки продовольствия, в этих селах появились солдаты герцога. Крестьяне ничего не могли предложить солдатам, но офицер, стоявший во главе отряда фуражиров, усмотрел в их действиях прямое сопротивление власти герцога, после чего начался грабеж. Продовольствия хватило на несколько дней. Новый отряд, посланный за продовольствием, нашел в близлежащих деревнях только пустые дома. Крестьяне, попрятались по лесам, забрав продовольствие и угнав скот. Еды катастрофически не хватало, солдаты стали роптать, и маркиз горько пожалел о том, что не отдал приказ идти на штурм еще на прошлой неделе. Все это проклятый Мазуччо Торре, любимчик герцога, который отговорил его, утверждая, что они и так сдадутся.
