В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
из груди фон Дерфельта. Немец пошатнулся, сделал короткий шажок назад, чтобы удержать равновесие, но колени подломились, и он рухнул навзничь на песок ристалища. В следующую секунду знать и простой народ взорвались в неистовом реве.
Вечером я закатил небольшой пир по случаю своей победы в казарме личной стражи маркиза д»Эсте. В последнее время я поддерживал приятельские отношения с несколькими офицерами стражи, что и сказалось на месте выбора попойки. Я пил из серебряного кубка, инкрустированного золотом и драгоценными камнями. Это был мой приз за победу над фон Дерфельтом, врученный мне маркизом Николо д»Эсте. Не успела наша лихая компания опрокинуть по второму стакану вина, как в дверях появился Джеффри. Подойдя, он обратился ко мне:
‑ Господин, вас у ворот дожидается какой‑то человек.
‑ Кто такой? ‑ недовольно спросил я.
‑ Он не назвался, господин.
‑ Хорошо, скажи: я сейчас выйду.
‑ Не ходи долго, ‑ напутствовал меня веселый толстяк Паоло, когда я направился к дверям, ‑ а то вернешься, а у кувшинов дно сухое!
‑ Я быстро! ‑ ответил я и захлопнул за собой дверь.
ГЛАВА 12
ГОНЕЦ
Молодой человек, который хотел со мной увидеться, на первый взгляд выглядел зажиточным горожанином, лет двадцати. Хорошо сшитый бархатный костюм темно‑синего цвета, перстень с камнем на пальце, новые сапоги ‑ все это говорило, что он не бедствует, но в нем была некая робость, сквозившая в его лице и жестах. Хотя разница в возрасте у нас была небольшая, я смотрел на него свысока: как воин ‑ ветеран смотрит на зеленого новичка, еще ни разу не побывавшего в бою. Снисходительно, с долей презрения и высокомерия. Ситуация была схожа еще потому, что молодой итальянец смотрел на меня так же, как солдат ‑ новичок смотрит на ветерана, с боязливым уважением. Единственное, что вносило диссонанс, то это было мое недоумение: ‑ «Я его не знаю. Что нужно от меня этому молодому итальянцу?».
‑ Здравствуйте, господин.
‑ Здравствуй.
‑ Извините меня, господин, но перед тем как передать вам послание, я должен убедиться, что вы тот самый Томас Фовершэм.
‑ Что значит убедиться, парень? И вообще, ты сам кто такой?
‑ Винценто Перроне, господин.
‑ Вот дубина! Что мне твое имя?! Ты зачем пришел ко мне?!
‑ Господин, только не гневайтесь! Я знаю, что вы известный воин! О вашей сегодняшней победе на турнире все вокруг только и говорят!
‑ Гм! И что же все кругом говорят?
‑ Говорят, что вы играли со своим противником, как кошка с мышью, и когда вам надоело, только тогда вы его зарубили. Одним ударом!
Это было лестно слышать, но кому как не мне знать, что минуть десять после схватки чувствовал себя, как рыба, которую вытащили из воды. Легкие хрипят, как дырявые меха, сердце колотится о ребра так, словно хочет сломать их, а перед глазами ‑ темные круги. Я даже радость победы в первые минуты не чувствовал, она пришла уже позднее.
‑ Даже так. Интересно! Хорошо, так что же привело тебя ко мне?
Юноша опустил глаза и неловко переступил с ноги на ногу.
‑ Добрый господин, ради Бога, не рассердитесь меня! Я лишь посыльной!
‑ Продолжай!
‑ Господин! У меня к вам будет нижайшая просьба…. показать медальон, который вы носите на груди.
‑ Что?!
Мое восклицание заставило гонца отступить на шаг и съежиться.
‑ Откуда ты знаешь про медальон?! Говори!
Сердце от резкого волнения быстро и сильно застучало, гоня по венам кровь с удвоенной силой.
‑ Господин! Я не могу сказать вам об этом, пока не увижу медальон!
Парень был бледен и сильно испуган, но было видно, что он будет продолжать настаивать на своем.
«И чего упираюсь? Ведь и так понятно, что его прислала Беатрис, ‑ с этой мыслью я залез рукой под камзол и вытащил медальон ‑ сердечко.
‑ Откройте его, пожалуйста.
Я открыл. Молодой человек смотрел, то на отрезанный локон, то на меня, причем его лицо то краснело, то бледнело. Он явно переживал и волновался, но почему я так и не мог понять.
‑ Это ее… локон. Я просил, а она….
Только тут до меня дошло, что этот юноша влюблен в графиню по самые, как говорится, уши.
«Интересно, он что‑то знает про меня? ‑ я бросил взгляд на юношу. ‑ Скорее всего, что нет, чем да. И как это графиня соблаговолила вспомнить обо мне? Как мило. Никак еще один замок отстоять надо! Не иначе! А может, ей мужик в постель нужен? Поэт ‑ для души, а солдат ‑ для тела! Если нужно отковать ей еще одного наследника, не вопрос! Надо ‑ хоть целую роту
