В результате неудачного научного эксперимента сознание Евгения перенеслось в тело юного британского рыцаря. Проснувшись в фамильном замке барона Фовершэма, Евгений быстро сообразил, что лучше всего притвориться больным, страдающим временной потерей памяти.
Авторы: Виктор Тюрин
рядом с кроватью, стоял глиняный кувшин и кружка. В двух шагах от табурета, у стены, стоял большой горшок, прикрытый крышкой. Над ним кружились, противно жужжа, сизые мухи.
‘Так вот откуда вонь. Похоже на отхожее место’.
Взгляд скользнул по широкой кровати и остановился на постельном белье, состоящем из пары смятых простыней и толстого лоскутного одеяла, сбитого к подножью кровати. Они были такими же серыми и грязными, как и мое нижнее белье. Судя по запаху, исходившему от моей рубахи, я в ней спал довольно долго. Сморщившись, брезгливо окинул ее взглядом, как тут же удивленно замер. Из‑под левого рукава рубахи к стене уходила тяжелая металлическая цепь.
‘А это еще что такое? ‑ с этой мыслью я поддернул вверх широкий рукав. ‑ Гм! Это как понимать?’.
Мое левое запястье охватывал широкий металлический браслет грубой ковки, соединенный с цепью. Потряс рукой ‑ цепь зазвенела. От звона, прозвучавшего в полной тишине, я вздрогнул. Звук разбудил во мне ту тревогу, сидевшую во мне с первой секунды моего появления здесь. Цепь звенит. Мухи летают и жужжат. Вонь грязного белья. Ощущение под руками фактуры ткани и дерева. Все было настолько реальным, что не могло быть просто воспоминанием моего далекого предка! Это я звенел цепью! Я! Управлял! Телом!
‘Значит… переместился?! И теперь здесь,… в чужом времени?! Но тело не мое’.
Теперь я принялся осматривать и ощупывать сам себя: мускулистые, развитые предплечья, широкая выпуклая грудь, ладони‑лопаты со специфическими мозолями, шрамы и ссадины, которых у меня не было никогда…
‘Я… оказался в нем. А я ‑ это кто? Сознание? Или… может душа? Хм! ‑ открытие, что мое перемещение прошло только на уровне подсознания или еще какой‑то эфирной субстанции, почти меня успокоило. ‑ И все равно как‑то странно. Совсем не так нам описывали то, что мы должны увидеть и почувствовать при эксперименте… Эксперимент…’.
Мысли неожиданно скользнули в прошлое.
Принять участие в эксперименте меня уговорили друзья, студенты университета, Алексей и Миша. Познакомился я с ними прошлым летом на пляже, когда какие‑то отморозки пыталась наехать на них и их девушек. Сам я далеко не подарок и на милого интеллигентного мальчика совершенно не тяну, поэтому, когда прозвучала фраза: ‑ Не пошел бы ты…! ‑ драка стала неизбежностью. Счет пошел на секунды. В такие моменты все зависит от тебя. Надо суметь задавить страх в зародыше, пока тот не задавит тебя. Я давно уже прошел подобное раздвоение, наверно, поэтому дерусь, как дышу. Иногда в целях самозащиты, бывало ‑ в пьяных драках, но я никогда не ставил перед собой цель ‑ быть героем, защищая всех несчастных и обиженных. Это не мое призвание, но наглых наездов, подобных этому, на дух не выношу. Просто бью в морду. Только поэтому я тогда ввязался в эту драку.
Проводив девушек, ребята, в знак благодарности за помощь, пригласили меня попить пива в баре. Сначала разговор шел ни о чем, слишком уж разными людьми мы были. У меня работа ‑ охранник, а из родителей только мать, с которой мы жили в однокомнатной квартире, а у них ‑ хорошо устроенные родители, интеллигентная компания, университет, отдых за границей, модная одежка, неплохие карманные деньги. Они этим не хвастались, просто мельком проскальзывало в их словах, как само собой разумеющееся. Так бы мы и разбежались, чтобы больше никогда не встретится, если бы слегка охмелевший приятель Алексея не назвал того ‘Витязем’. Я тут же поинтересовался, откуда у парня такое странное прозвище. Неожиданно оказалось, что у парней, студентов‑историков, есть экзотическое, на мой взгляд, хобби. До этого я краем уха слышал о любителях, которые мастерят самодельные доспехи и сходятся на поединках с мечами в руках, но подобных фанатов видел впервые. Из их дальнейшего рассказа выяснилось, что парни уже два года являются членами клуба исторического фехтования и реконструкции под названием ‘Путь воина’, специализирующегося на средних веках. Основные направления ‑ Англия и Франция, но среди них, как узнал позже, оказалось немало знатоков истории других стран. Увидев, что я проявил интерес к их рассказу, они тут же, чуть ли не наперебой, стали рассказывать о своих собраниях и фестивалях, где разыгрывают сцены исторических битв, проводятся поединки на мечах и соревнования лучников. Это было расписано в таких ярких красках и с таким жаром, что я поневоле позавидовал этим парням, похоже, нашедшим свое место в жизни. Когда ребята поняли, что мне интересно, я тут же получил приглашение на их ближайшее сборище.
Исторический фестиваль неожиданно для меня оказался ярким и веселым праздником, но окончился он еще большей неожиданностью ‑ необычными историями, рассказанными у костра. Это был своего
