Сердце дезертира

началась — перебивать Бубну никому не хотелось. Пока бывший регбист выслушивал указания своего тренера, и бывшего, и нынешнего, Фарид что-то втолковывал Рябому. Медленно трезвея, Рябой начал понимать, что произошло. Ничего удивительного, что он сразу же предложил свои услуги.
— Ты рехнулся совсем уже, да, голозадый? — Насвай, нервничающий рядом со скрученным приятелем, все слышал. — Это в один конец дорожка! Ты посмотри на этих дрищей — они только что с тренажеров слезли, а Зоны не нюхали! Ты им рулить позволишь?
— Я не могу пустить Флер одну, — осоловело поведя мутными глазами, вздохнул Рябой. — Пусти руку, а, как тебя?
— Это мистер Девидс. А его друзей зовите мистер Томпсон, мистер Джексон, мистер Сойер, мистер Джонсон и мистер Дэвиде, — подсказал переводчик.
— Легко запомнить! — делано обрадовался Рябой, рассматривая смуглые лица гостей с юга.
— Вот и хорошо! Отпусти его! — Фарид говорил и одновременно слушал Шейха. — Мы, конечно, наведем о вас некоторые справки, господин…
— Рябой. — Сталкер выпрямился и потер плечевой сустав. — Просто Рябой, без «господин» или «мистер». И вот еще что… — Он уже немного протрезвел. — Флер с нами тогда не пойдет.
Увы, она услышала. Двое вышибал из бара как раз оттащили ее от потрепанной красотки Норис, и Флер кинулась на нового врага.
— Что ты сказал, придурок?!
Но Рябой не успел получить своего, потому что между ними оказался Храп. Охранник, впрочем, их даже не заметил.
— Вот что, — сказал Храп, глядя на Шейха, — вот что: никто с вами не пойдет, если не разрешит Бубна. А значит, проводник все равно от него, и договор в силе. Это раз. Ты понял?
Фарид быстро перевел, и Шейх яростно зашипел что-то в ответ.
— Мой господин говорит, что он согласен оплатить господину Бубне оказанную «помощь»! — Фарид попытался быть ироничен, хотя обстановка трусоватому секретарю не нравилась. — Но он уже нашел проводника и не примет другого.
— Бубна согласен, — кивнул Храп. — Второе: поскольку парень очень рискует, за вами пойдет группа прикрытия. Это его страховка, тебе ее оплачивать не придется. Они идут не с вами, а за вами. Это условие не обсуждается.
Шейх издал несколько звуков, ничего хорошего Бубне не сулящих.
— Мой господин согласен.
— Ну вот и хорошо. А теперь вам лучше покинуть бар господина Бубны, проводник придет к вам позже.
Шейх, не прощаясь, двинулся к выходу, остальные поспешили за ним. Только блондинка Кайл, всю сцену сохранявшая олимпийское спокойствие, ушла медленно, одарив напоследок Храпа загадочным взглядом.
— Ты не стремайся! — Храп как мог мягко похлопал Рябого по плечу. — Слушайся папу Бубну и будешь в шоколаде. Много пока не пей: как только от Бубны выйдет Дезертир, пойдешь ты.
— Дезертир?!
— Ну, да. — Храп насупился. — А чего ты так вылупился? Делай, что велят, остальное тебя не касается.
Храп отступил в сторону, и Рябой с виноватым видом подошел к Флер.
— Прости. Но это слишком опасно, понимаешь? А деньги мы разделим!
— Я не сержусь! — Флер обняла его и, до крови царапая когтями шею, зло прошептала в самое ухо: — Что хочешь делай, гад ползучий, но чтобы Бубна разрешил и мне идти! Или клянусь Зоной, к твоему возвращению меня тут и след простынет. У меня жених в Калуге, между прочим!
Буквально отшвырнув от себя Рябого, Флер отправилась поправлять прическу, в дверях женского туалета столкнувшись с Норис, которая ходила туда за тем же самым. Стычка, впрочем, не состоялась за отсутствием предмета спора, и бывшие соперницы лишь обменялись ненавидящими взглядами. Норис, провожаемая шуточками, покинула «Шти», а Рябой присел к Гоше и Насваю, чтобы перевести дух.
— Что, жандарм, приуныл? — хмыкнул Гоша, но щедро наплескал в чей-то забытый стакан «Черного Сталкера». — Пей. А потом попробуй отказаться.
— Не могу, — мрачно сказал Рябой и всосал алкоголь. — Поздно. Опять все смеяться будут?
— Если жив останешься. Так что пусть уж смеются. Подозрительные ребята, да, Насвай?
— Кончить бы их всех! Почему Бубна их отпускает?
— В каждой игре есть правила, — пояснил Гоша и сладко потянулся. Ему нравилось, когда неприятности проходили стороной. — Все же попробуй отказаться. Флер проспится и тоже не полезет.
— Не, — вздохнул Рябой. — Ей если вожжа куда надо попадет — не остановится. Такая женщина.
— Ты хоть с ней спал?
— Ну, пару раз… — скромно пожал плечами Рябой.
— Значит, один раз, — твердо сказал Насвай. — Ладно, что теперь горевать? Не унывай, жандарм! Вот, Бубна тебе прикрытие организует.
Но все оказалось не совсем так. Точнее, Бубна ничего организовывать не собирался.