…Иногда одной любви бывает недостаточно… …Марина и Михаил знают друг друга с самого детства. Всегда дружили, несмотря на разницу в возрасте. И никого не удивило, когда они, наконец, начали встречаться. Семьи лишь порадовались. Но автомобильная авария, в которую попадает семья Марины, меняет всю их жизнь.
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
чуть соленые от испарины губы, Марина подумала – что это настоящее счастье. И нет большего блаженства, чем затеряться в любимом, стать частью его сущности, дарить ему удовольствие и радость.
Михаил пытался унять дыхание, рвущее грудь. Пытался ослабить силу своих объятий, но не справлялся. Не мог отпустить Марину, продолжая гладить ее кожу и перебирать волосы, позволяя ей спрятаться в его руках от всего, что бы любимую ни тревожило. А сейчас, казалось, он видел ее наиболее умиротворенной за все эти дни.
— Люблю тебя, — прошептал он ей на ухо, не испытывая никакого дискомфорта от того, что первым произнес признание.
Марина вскинула голову, задохнувшись, и посмотрела на него широко распахнутыми глазами. И покраснела так, что Михаилу даже весело стало. И при этом с таким чувством она смотрела на него!
— И я тебя! – ее шепот едва можно было разобрать, но смысл не вызывал сомнений.
Михаил крепко поцеловал ее, испытывая счастье. И со смешком позволил Марине спрятаться на его плече.
Господи, как ему хорошо-то было, не передать и не выразить словами! И умиротворенно. Он все пытался вернуть собранность мыслям, прийти в себя, но пока не все выходило ладно.
У него были девушки. Не то чтобы Михаил гнался за постоянной сменой связей, но все же опыт имелся. Однако он еще ни разу не испытывал таких ощущений от секса. Не столько даже физически, сколько эмоционально. Его прошибло до позвоночника, от макушки до пяток. И Марина так откликалась на каждое его движение, на каждую ласку! Казалось, что они дышат вместе, и сердца бьются синхронно, и нет между ними никаких преград. Все чувствуют на двоих.
Господи, да у него даже мышцы дрожали до сих пор, не от напряжения, а от удовольствия, которое ему подарила его Марина, его солнышко. И Миша был искренне рад, что эта – не планируемая им, непредвиденная, да и не ожидаемая вспышка, ураган, какая-то одержимость – захватила их здесь, в его спальне. Останься они вчера у нее, случись это в комнате Марины – Михаил не был уверен, что вспомнил бы про презервативы. Или, вспомнив, имел бы силы и выдержку добираться до них.
Откровенно говоря, он ничего такого не планировал и не думал, заявляя вчера, что Марина будет спать с ним. Просто боялся оставить хоть на мгновение. Хотел уберечь от еще каких-то глупостей. Но когда открыл глаза, встретившись с ее открытым и таким светлым, счастливым взглядом… Взглядом, в котором светилось такое чувство обожания и потребности в нем… Когда ощутил и в полной мере прочувствовал ее теплое, нежное тело на нем, когда ее пальцы принялись изучать его черты, – не смог устоять. Пал под ураганом такой же потребности, какую сам ощущал в Марине. Видимо, его надежный контроль в тот момент еще спал и пропустил эту капитуляцию сдержанности.
Но сейчас Миша уже даже не сожалел. Хотя поначалу, когда угар немного угас и стихла барабанная дробь пульса в голове – рассердился на себя. Но это чувство быстро пропало. Да, он понимал и полностью отдавал себе отчет в том, что ей всего шестнадцать. И, возможно, с какой-то позиции – все это неуместно и рано. Но… Но. Он любил ее. И любил не за плотскую часть отношений, которых до сегодня просто не было. И больше всего Михаил хотел уберечь Марину от всего. Даже от того, что она может сотворить с собой из-за отчаяния, неопытности и непонимания ситуации.
Что ж, в конце концов, он пробовал вести себя сдержанно и отстраненно, не давить на нее своими чувствами. И привело это не к пониманию или облегчению ситуации, а к горке пилюль, которые она собиралась глотнуть, уверившись, что безразлична Михаилу. Хватит. Наигрались. Теперь он не будет скрывать от Марины своих эмоций. Он готов дать ей уверенность в нем самом, даже если и не может исправить что-то, уже случившееся в жизни.
И Михаил не сомневался, что теперь знает, как вывести ее из депрессии и погружения в горе. Он будет рядом. Настолько близко, насколько это потребуется. Подскажет, направит, убережет. Исправит ошибки, если это понадобится. Она нуждается в руководстве и точке опоры — ситуация и возраст такой. Он даст ей эту уверенность, опору и защиту от всего.
Приняв решение, Михаил легко потянул ее волосы, которые намотал на пальцы, заставляя Марину посмотреть на него:
— А не пора ли нам съезжать отсюда, а, солнышко? – целуя ее брови, поинтересовался он, подумав, что отец уже вполне оправился после операции, и они с матерью должны справиться. – У меня есть своя квартира. Да и тебе крестный подарил, совсем рядом с моей, если отделиться вдруг пожелаешь. Мы теперь соседи, — вспомнил он о подарке «кстати».
Марина легко пожала плечами и потерлась щекой о его грудь, заставив Мишу вновь испытать сомнения в своей способности контролировать себя.
— Думаешь, твои родители
