Сердцебиение

тишину заполняет пиликанье моего старенького кнопочного телефона. Блин, я совсем забыла позвонить Кате и сказать, что со мной все хорошо.
— Ты почему не позвонила? — кричит она в трубку.
— Извини, я забыла. Со мной все хорошо. Кать, я не дома, и не знаю когда буду там. Я все потом объясню. Не переживай и не поднимай панику, усмехаюсь я.
— Что-то мне совсем это не нравится. Ты опять с тем мужиком, о котором нельзя говорить?
— Да, — тихо, почти шепотом отвечаю я, замечая, как руки в черных перчатках сжимают руль. — Все, мне пора, — сбрасываю звонок, сжимая в руках маленький аппарат.
— Что это? — вдруг спрашивает Яр, глазами указывая на мой телефон.
— Это телефон. Мой новенький телефон, за который я до сих пор плачу кредит, ты утопил в реке, — заявляю я, усмехаясь, а он резко оборачивается ко мне, ловит мой взгляд и окунает меня в темно-зеленую бездну, на дне которой плещется моя погибель. Но я так хочу утонуть в этих глазах. Но он отворачивается от меня, продолжая неотрывно смотреть на дорогу, ловко маневрируя среди машин.
Он привез меня к себе домой, в ту самую квартиру, из которой я так сильно хотела сбежать. А сейчас я добровольно вышла из машины и пошла вперед, звонко цокая уже надоевшими мне каблуками. Я знала дорогу и сама заходила в нужный подъезд и поднималась на второй этаж. Он молча открыл двери, пропуская меня внутрь. Пока он запирался на все замки, я судорожно глотала воздух, вдыхая запах этой квартиры.
В комнате темно и видно лишь силуэт мужчины, который снимает с себя толстовку, отшвыривая ее в сторону. А я прислоняюсь к стене, сглатываю и жду, что будет дальше. Голова еще немного кружится, но сильное опьянение прошло. Я пьяна неизвестностью, ожиданием и близостью этого мужчины. Мне совсем не страшно, меня распирает от желания прикоснуться к нему, прижаться к груди и крепко обнять.
Он оборачивается, снимает перчатки и идет на меня. А мое сердце готово выпрыгнуть из груди и бежать к нему навстречу. Я даже руку к груди прикладываю, чтобы унять его стук. Он подходит вплотную, опирается на стену возле моей головы, и дышит так тяжело, словно мы бежали всю дорогу. Я смотрю на него и сама задыхаюсь от его мужского запаха, который оказывается в тысячу раз острей, чем от его толстовки, которую я обнимала по ночам.
— Что ты делала в этом чертовом клубе? — со злостью спрашивает он.
— Откуда ты знаешь, что я была в клубе? — не понимаю я.
— Отвечай на вопросы! — он повышает тон, и я вздрагиваю, зажмуриваюсь, когда он бьет кулаком по стене возле моей головы.
— Я… Мы… — моя смелость и эйфория от встречи тут же пропадают. Мне страшно и горячо одновременно. — Я была там с друзьями. Мы отмечали день рождения парня моей подруги.
— Какого хрена не уехала с друзьями или на такси, а села в машину к этому уроду?! — спрашивает так, словно следил за мной и знает каждый мой шаг, и меня вдруг окатывает разочарованием. Едким, горьким разочарованием. Потому что он не ко мне приехал, он просто встретил меня в клубе и потом, видимо, следил за мной. Наверное, контролировал меня. Только зачем? Я вновь закрываю глаза и сжимаю губы, чтобы прекратить перед ним оправдываться.
— Отвечай! — требует, почти рыча в мои губы. Какого хрена твой преподаватель лапал тебя?! — а я не понимаю, почему он так злится. Если он следил за мной, тогда видел, что Юрий насильно затащил меня в машину. Хотя я была пьяна и не хотела привлекать внимание, и со стороны это могло казаться совсем иначе, чем было на самом деле. — А ты у нас не так проста, как кажешься, — почти шипит, прикасается к моим губам, и больно прикусывает нижнюю губу.
— Он сказал, что отвезет меня домой, я была пьяна и поверила ему. А возле дома в машине я не хотела, чтобы он меня трогал, — в каком-то отчаянии сообщаю я, потому что мне кажется, ему необходимо это знать. Ведь Яр поэтому злится. Он тяжело дышит мне в губы, прижимает всем телом к стене, а я чувствую, как его трясет вместе со мной. Не могу больше стоять, ноги подкашиваются, и я хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть. Сжимаю твердые напряженные предплечья и чувствую под пальцами что-то мокрое и теплое, а Яр шумно втягивает воздух.
— Что это? — резко отнимаю руку, растирая теплую жидкость между пальцев. А он отшатывается от меня, и быстро уходит в ванну. Снимаю босоножки, откидывая их в сторону и бегу за ним. Похожу в ванную и вижу, как Яр смывает кровь с глубокого пореза на предплечье, которая уже залила его футболку. В глазах темнеет от вида крови, всхлипываю, зажимая рот рукой.
— Тебе срочно нужно в больницу! — говорю я а, он сверкает малахитовым взглядом в мою сторону и усмехается, словно я сказала глупость.

Все шло четко по плану, пока я не увидел ЕЕ.