Сердцебиение

на то, что на улице прохладно. Я запрокидываю голову и вцепляюсь в его волосы, когда он жадно облизывает мои соски и медленно ведет моими пальцами по воспаленному клитору. Меня так быстро накрывает волной обжигающего оргазма. Я словно взрываюсь на тысячу осколков и разлетаюсь яркими вспышками, громко всхлипывая и шепча его имя пересохшими губами. Я содрогаюсь, сильно сжимая его волосы. А он даже не думает останавливаться, облизывает мои, ставшие невероятно чувствительными, соски и продолжает растирать клитор моими пальцами. Пытаюсь сжать ноги и вырвать свою руку, потому что это становится невыносимо. Но Ярослав крепко сжимает мое запястье, сам вынимая наши руки. Он подносит мои влажные пальцы к своим губам и медленно, с удовольствием слизывает все мое возбуждение.
— Ты такая вкусная и сладкая, Златовласка. Позже, когда мы приедем домой, я поласкаю твою сладкую киску языком, — он немного наклоняется, так и не выпуская моей руки. И жадно целует, проталкивая язык, позволяя ощутить свой собственный вкус. — Я так хочу тебя, Маленькая, — между поцелуями хриплым стоном произносит он, направляя мою руку к своему паху, позволяя почувствовать его желание. А я теряю стыд и пытаюсь расстегнуть его джинсы. Справляюсь с пуговицей, расстегиваю замок, начиная поглаживать его твердый набухший член через тонкую ткань боксеров.

Это невыносимо. Невыносимо хорошо. Целую ее, чувствуя как нежные пальчики поглаживают мой член и зверею от разрывающего желания. Ей не нужно быть пошлой, развратной и развязной, чтобы завести меня. Я возбуждаюсь от ее невинности и чистоты. От того, что у нее все впервые. Впервые, со мной. Не выдерживаю, резко отдергиваю ее руки, не даю опомниться, срываю Злату с капота машины, разворачиваю к себе спиной, надавливаю на спину вынуждая опереться руками о капот. И еще больше завожусь от того, что девочка не понимает, что я хочу сделать. Злата глубоко дышит, постоянно оглядываясь на меня. А я рывком сдергиваю ее джинсы вместе с промокшими трусиками, и рычу от вида ее округлой белоснежной попки.
— Ярослав, — так сладко произносит мое имя, начиная вилять бедрами, доводя меня до исступления. Маленькая соблазнительница, наверное, сама не понимает, что со мной делает. Поглаживаю ее попку, одновременно спуская джинсы и боксеры. Обхватываю ее бедра, сильно сжимаю, фиксируя их в руках. Упираюсь членом в мокрые складочки, понимая, что девочка давно готова меня принять. Немного трусь пульсирующей головкой по горячему лону.
Медленно вхожу в нее, погружая в горячую плоть только головку, и почти кончаю от того, как сильно она сжимает, прогибается и протяжно стонет.
Подаюсь бедрами и врываюсь в ее горячее, готовое для меня лоно до конца, ударяясь об ее попку, которую я сжимаю до синяков, не позволяя ей упасть.
— Аааа… Яр… — задыхаясь, кричит она, царапая ноготками капот моей машины.
— Да, Маленькая, кричи мое имя громче, — хочется подразнить ее, но я больше не выдержу. С моей девочкой я теряю контроль и самообладание. Медленно выхожу из нее, и вновь вбиваюсь до конца. В глазах темнеет от ее стонов наслаждения и тугой горящей плоти. Запрокидываю голову к звездному небу, которое плывет перед глазами, унося меня в свой личный космос. Еще раз выхожу и вновь вбиваюсь одним резким толчком. Наклоняюсь, прижимаюсь к ее спине, накрываю ее руки, отодвигаю шелковые влажные волосы в сторону, целую ушко, прикусываю мочку.
— Как ты, Маленькая, не больно? — шепчу я, чувствуя, как она содрогается.
— Нет, очень хорошо, — задыхаясь, произносит она. И все, я срываюсь. Поднимаюсь, обхватываю ее талию, сильнее натягиваю на себя и начинаю бешено вбиваться в ее нежное горячее тело. Проходит всего пара минут нашего общего безумия, и моя девочка начинает дрожать в моих руках, до боли сжимая мой член спазмами оргазма. Она уже не стонет и не кричит. Злата всхлипывает и задыхается, хватая ртом воздух, медленно оседает в моих руках, утягивая меня за собой в наш личный порочный рай. Еще пара толчков, меня простреливает острым оргазмом, и я изливаюсь, кончаю с хриплым стоном. Теряю равновесие, вновь прижимаюсь к ее дрожащему телу, опираясь на капот. Утыкаюсь в ее волосы, глубоко вдыхаю запах полевых цветов, понимая, что так пахнет мое мимолетное счастье. Девочка дрожит, не в силах стоять на ногах. Прихожу в себя, быстро поднимаюсь, аккуратно выхожу из ее тела, натягиваю штаны. Тяну Злату на себя, сам надеваю на нее трусики и джинсы, и улыбаюсь — девочка до сих пор плывет. Хочу ее в своей кровати. Просто раздеть до гола и уложить себе на грудь, перебирать ее волосы и засыпать вместе с ней, продлевая наш маленький кусочек рая.
— Яр, — тихо, как мышка произносит она. Разворачиваю