Сердцебиение

на мои карманы. И это хорошо, что эта трусливая тварь помнит о том, что при мне всегда оружие.
— Я не имею никакого отношения к пропажам ее работ, я вообще был на больничном, — мне надоедает этот цирк, мое терпение кончается, и я не уверен, что сдержусь и не подпорчу его физиономию еще раз.
— В общем, так, у меня в кармане флешка с наблюдениями за твоей личной жизнью. На ней записано, как ты таскаешь своих студенток к себе домой и трахаешь их, а после они чудесным образом сдают экзамены и зачеты. Одна из твоих студенток была столь любезна и записала на всякий случай ваши сношения на камеру, где подробно видно, как ты ставишь зачеты и принимаешь экзамены. Если ты не хочешь, чтобы эти записи оказались у твоего руководства и выше, ты оставишь Злату в покое, — я нервничал, потому что блефовал и выдумывал на ходу. Но выдохнул и усмехнулся мудаку, когда он побледнел и поменялся в лице.
Он долго молчал, переваривая информацию, бегая глазами, а я наслаждался от того, что попал в цель. Я приблизился к нему вплотную, схватил за грудки идеальной рубашки и резко притянул мудака к себе. — Да, мудак, я сделал домашнее задание, и думаю, оно стоит беспроблемных зачетов и экзаменов для Златы. А ты, урод, если еще раз посмеешь хотя бы косо на нее посмотреть, я закопаю тебя живем. Ясно? — трусливый ублюдок теряет дар речи и быстро кивает. Отталкиваю его от себя, демонстративно поправляю его воротник, и с силой хлопаю по плечу. — Было приятно пообщаться, Юрий Михайлович, быстро сажусь в машину, врубаю громкую музыку и мчусь к моей девочке. Завтра я планирую познакомить ее со своей мамой. Своеобразное такое знакомство. Можно сказать, нестандартное. Познакомить девушку с матерью, которая каждый мой визит знакомится со мной заново. Ну, это все не важно.
Важно то, что я познакомлю друг с другом двух дорогих мне женщин, потому что они все, что есть в моей кровавой жизни.

Он сказал, что хочет познакомить меня с родным ему человеком, но не сказал с кем. Мы выехали за пределы города и молча куда-то ехали. На все вопросы Ярослав отвечал, что я скоро сама все пойму. На заднем сидении лежал букет тюльпанов, предназначенный не для меня. Яр был сосредоточен на дороге и не настроен на разговоры. Я смотрела в боковое окно, изучала загородные пейзажи и думала о том, как просто все решилось с Юрием. Когда он вызвал меня к себе, я приготовилась к очередной порции обвинений, но Юрий сообщил, что мои работы странным образом нашлись и я могу готовиться к экзаменам. Я долго изучала физиономию преподавателя, но не нашла ни одного повреждения. Я даже не хотела знать, каким образом Яр убедил Юрия не придираться ко мне, лишь бы это никак не отразилось на сдаче экзамена.
— Приехали, Златовласка, — оповещает меня Яр и паркуется на стоянке возле въезда в здание, похожее на санаторий.
— Где мы? — все-таки решаюсь спросить я.
— Здесь моя мама, — как-то очень печально сообщает Ярослав и выходит из машины, прихватив с собой букет розовых тюльпанов.
— Мама? Почему ты сразу не сказал, что мы едем знакомиться с твоей мамой?! Я не готова, на мне рваные джинсы и футболка с отрытыми плечами. Я бы… — меня накрывает волнением и паникой.
— Все нормально. Ты прекрасна. Да и знакомство будет своеобразным, — он берет меня за руку, сплетает наши пальцы и тянет за собой ко входу в здание.
— В смысле, своеобразным?
— Сейчас сама все увидишь, Маленькая. Пошли, не волнуйся, все будет хорошо, — последнюю фразу он говорит так, будто сам не верит в свои слова. А я отчаянно не понимаю, что происходит. Когда мы проходим в внутрь и подходим к стойке администратора, я понимаю, что это не санаторий, а клиника.
Его мать больна?
Милая девушка в коротеньком белом халатике сообщает нам, что его мама сейчас обедает, но мы можем подождать ее в комнате отдыха. Мы садимся на удобный диван в довольно светлой и просторной комнате со множеством декоративных растений, книжными полками и огромным телевизором. Да, клиника явно негосударственная. И, видимо, очень дорогая, судя по обстановке и любезности персонала.
— Посиди здесь немного, я пойду поговорю с врачом, — Ярослав вручает мне букет и удаляется из комнаты. А в моей голове крутится тысяча вопросов. Я ведь ничего про него не знаю. А хочется знать все. Где его родственники? Чем болеет его мама? Почему он такой? Как бы я не растворялась в собственной любви, мысль о его профессии все чаще не давала мне покоя, приводя в ужас.
Я запрещала себе об этом думать. В моей голове никак не укладывались Ярослав и наемный убийца Монах. Я разделяла для себя этих двух людей. И о Монахе я старалась вообще не думать. Вчера