Сердцебиение

сохранить тебе жизнь. Не того человека ты считал своим партнером. Непроницательный ты, не сумел разглядеть за фальшивой дружбой и доброжелательностью своего палача. От этого ты и умрешь. Плавно нажимаю на курок. Хлопка не слышно. Все происходит мгновенно. Брызги крови летят на женщину, окропляя бордовыми пятнами ее лицо и бежевое платье. Секунда ступора. Мужик валится на свою жену. Крик. Охрана всполошилась. Сейчас мне надо уходить, квалифицированная охрана вычислит меня за несколько минут. Но я медлю. Вновь перевожу прицел на машину. Начинается паника, хаос, внедорожник на обочине трогается с места. Это мое сопровождение. Есть! Ваха медленно выходит, в надежде затеряться в толпе. Но пуля быстрее. Со скоростью сто восемьдесят километров в час вылетает мой шанс на свободу, и обгоняя ветер попадает седовласому хозяину моей души в висок. И у меня не времени насладиться мгновенной смертью Вахи. Я сделаю это после, мысленно прокручивая этот момент в своей голове тысячи раз. Если сам останусь жив. Мне нужно инсценировать свою смерть до того, как она действительно меня настигнет. Срываюсь с места, кидая в сумку снайперку. Теперь мне нужно обогнать собственную смерть.
Обычно я всегда спускаюсь по лестнице, дабы не столкнуться в лифте с лишними свидетелями. Но сегодня день исключений из правил. У меня катастрофически мало времени. Как по волшебству лифт оказывается пустым. Бог сегодня на моей стороне. Хотя, Бог давно отказался от такого как я. На моей стороне преисподняя. Влетаю в свою машину. Ровно тогда, когда внедорожник въезжает во двор. Срываюсь с места, вылетаю на главную трассу, одновременно опуская сидение пониже. Перестрелка будет. По крайней мере я на это надеюсь. Мне необходимо получить пару пуль в машину, чтобы остаться в живых. Салон наполняет смрад в хлам пьяного бомжа, который спит на заднем сидении. Еще одна жертва моего плана. За мою свободу должны отдать жизни трое. Дьявол просто так не дает шанса на свободу. От собственной смерти нужно щедро откупаться. Моей верной спортивной малышкой тоже придется пожертвовать.
Гоню к «Марии», все должно произойти там. Машина вздрагивает от выстрела. Да! Попали в бампер. Есть. Но мне нужно еще. Заднее стекло трещит и рассыпается вдребезги. Еще пара минут и я буду у кафе. Достаю из бардачка гранату. Срываю чеку. И резко въезжаю на стоянку, получая еще один выстрел в боковую дверь. Да! На это я и рассчитывал. Златовласка здесь. Я чувствую ее. Она не могла не заметить моего эффектного появления. Но у меня нет времени посмотреть на нее. Отпускаю гранату, оставляя ее на заднем сидении. И выкатываюсь из машины ровно за пять секунд до оглушительного взрыва, от которого меня почти контузит. Вот и все, я мертв. Монаха больше нет! Прости, моя маленькая. Сейчас я буду умирать вместе с тобой. Ты не умеешь играть. А мне нужно, чтобы все было достоверно и тебе не причиняли реальную боль. Остается надеяться, что ты умеешь читать между строк…

Вы никогда не задумывались, что чувствует человек, когда умирает. Нет? И я не задумывалась. В мои годы смерть казалась чем-то эфемерным и ненастоящим. А сейчас я умирала. Медленно. Очень медленно. А хотелось быстро. Раз, и сгореть в огне, как он минуту назад. И я бежала туда, к нему.
Чтобы кинуться в обломки полыхающей машины и гореть вместе с ним. Только я не добежала. Я упала, сбивая колени в кровь. Но мне было все равно, я готова была ползти туда на коленях, лишь быть там, рядом с ним. Меня кто-то дергал, пытался поднять на ноги и оттащить назад. Я не видела, кто это, я вообще ничего не видела. Я смотрела на полыхающую машину и кричала его имя. Дергалась, толкала людей, которые меня держали, слышала оглушительный вой сирен. В какую-то минуту моей агонии взгляд зацепился за черный внедорожник, который въехал вслед за Ярославом.
— Это они! Они! — срывая связки кричу я, указывая на внедорожник. — Это они его убили. — Не дайте им уйти! — Но меня словно никто не слышит.
Внедорожник заводится и медленно выезжает со стоянки, проносясь мимо скорой и пожарной машины. — Они уезжают! Не дайте им уехать! Боже, почему вы все стоите?! Почему… — хриплю, задыхаясь. Порываюсь сама бежать за внедорожником, но не успеваю сделать и пары шагов, как какой-то парень из скорой помощи хватает меня за руку и тянет к себе! Сердце бьется как бешеное, готовое вырваться из груди. Я знаю, чего оно хочет, оно хочет вырваться к НЕМУ, и сгореть вместе с ним. Хочется вырвать его из груди, чтобы больше не стучало.
— Отпустите меня! — бью парня по груди, чувствуя, как начинает кружиться голова и темнеть в глазах. — Мне нужно к нему. Он там. Помогите ему! — требую я от парня.
— Некому уже помогать, — сухо говорит парень. И вталкивает меня в скорую,