Серебряная пуля

их шапито завтра приезжает в Рязань. Совсем рядом. Можно поехать и встретиться, поговорить, еще раз показать фото Грибова. Вдруг вспомнит! Других вариантов у нас пока нет…
— Нет, так будут! А я продолжал розыски Грибова здесь. Никаких следов. Как сквозь землю провалился. Пытался выяснить через его знакомых, куда же он отправился. Нелегкое дело и бесполезное. Все отвечают: «На юг». А куда на юг: на Кавказ, в Крым, может, в Одессу? Полдня потратил впустую.
Илья в сердцах резко отодвинул стакан с пивом, отчего ценная жидкость расплескалась на стол.
— Вот нюхом чую, информация на подходе! Несомненно, она приближается со скоростью курьерского поезда, жаль, что поезд этот движется не по расписанию. Когда же он придет, когда?! Завтра же отправимся в Рязань, хоть что-то прояснится.
Осипов молча водил пальцем по краю пивной лужи. Несмотря на оптимизм Ильи, он не видел вариантов. Тупик, полный тупик!
В этот момент в дверь настойчиво застучали.
— Кого там еще несет?! — недовольно сказал Илья и поднялся. Мелькнула задвижка. На пороге стоял работник этнографического музея Хохотва. Вид у него был донельзя возбужденный.
— Проходите, Марк Акимович, — с холодной вежливостью сказал Илья, — мы тут, так сказать, обедаем… С чем пожаловали? Или снова будете обличать?..
— Все-таки их украли! — вместо приветствия выпалил Хохотва.
— Кого?
— Да кости! Медвежьи кости. Сегодня утром приходим, а ящик пуст. Правда, остальное не тронуто. Слава богу, все живы! Ночные дежурства директор отменил, тем более все равно желающих дежурить не находилось.
— Почему же сразу не позвонили?
— Все в шоке! Рубинштейн волосы на себе рвет. Ну и негласно решили не заявлять, чтобы не позориться. Экспонаты, в общем-то, особой ценности не представляли.
— Понятно, ну а вы почему не поддались общему настроению, а пришли сюда? Вы ведь не любите общаться с представителями древнейших профессий, как вы изволили обозначить нас.
— Да странно все это, — не обращая внимания на колкость, сказал Хохотва, перевел дух и без разрешения сел. — Кому эти кости понадобились — вот чего я не пойму. Хотелось бы разобраться, а без вашей помощи, боюсь, не получится.
— На нашу помощь уповаете? А мы, признаться, на вас рассчитываем.
— Чем могу?..
— Для начала выслушайте наш рассказ, чтобы быть в курсе всех обстоятельств. Прошу в ходе рассказа свойственной вам горячности не проявлять, не перебивать, не сбивать мысли повествования. Комментарии делайте по окончании доклада. Начинай, Иван Григорьевич, а я, если будет нужно, добавлю.
Хохотва слушал молча, хотя ему, видимо, очень хотелось вмешаться. Наконец Осипов кончил.
— Ну и? — нетерпеливо спросил Илья.
— Не знаю, что и сказать. Еще в первую нашу встречу вы озадачили меня вопросами об оборотнях. Я в это не верю, хотя ваш рассказ звучит весьма правдоподобно. Кроме того, не вижу оснований для розыгрыша. Вы вроде люди серьезные. Я вам уже рассказывал, что вера в оборотней бытовала раньше, да кое-где сохранилась и теперь. Но никаких документальных свидетельств у меня не имеется. Всякие западные псевдонаучные книжонки я не принимаю во внимание.
— А вы не желаете нам помочь?
— За этим я и пришел.
— Мы тут с Иваном Григорьевичем размышляем, а не отправиться ли вам в те места, откуда происходит предполагаемый оборотень? Повстречаетесь со стариками, порасспрашиваете их. Ведь у вас наверняка и там есть связи. Может, чего и выясните. Вам как специалисту это сподручнее.
— Было бы неплохо, но кто же меня отпустит?
— Это не ваша проблема, главное, согласие. Поедете, и не за свой счет, а в командировку. Если решились, я сейчас же заказываю билет на самолет, ближайшим рейсом улетите. А с вашим начальством я договорюсь.
— Я готов.
— Вот и отлично. Но времени у нас мало. Постарайтесь вернуться как можно быстрее. Ну, скажем, в субботу.
Не успел Осипов вечером прийти домой, как в дверь постучали. Стук был слабенький, неуверенный, и он подумал, что так может стучать только ребенок. Так оно и оказалось. На пороге стоял мальчик лет десяти в выцветшей клетчатой рубашке и застиранных шортах. В руке у него болталась большая коробка, перевязанная крест-накрест шпагатом.
— Тебе чего? — спросил Осипов.
— Вам просили передать… — Мальчик протянул ему коробку.
— Кто просил?
— Какой-то дяденька. Я во дворе играл… Подъехала машина. Такси. Он вышел и попросил передать в пятьдесят шестую квартиру. Рубль дал…
— Он какой? Молодой, старый?
— Не молодой, не старый… в темных очках…
Осипов дал мальчику полтинник и недоуменно поднял коробку на уровень глаз.