Что может быть банальнее перемещения в чужой мир?! И, разумеется, Томочка, восприняла заявление загадочного незнакомца как глупую шутку. Но очень скоро убедилась, что никто и не думал с ней шутить. Мир действительно чужой, законы в нем странные и жестокие, а повелителю нужны вовсе не жены, а наложницы в гарем.
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
занесло снегом, и шестеро чистильщиков ехали впереди плотной группой, прокладывая своими лошадьми дорогу для запряженных в телеги невзрачных животин, явно реквизированных у селян.
– Сразу перед последней телегой. – Повелитель явно вошел во вкус партизанских вылазок. – А потом перед первой…
Эти воины, почерпнув опыт предыдущих отрядов, прыгали парами, и я сначала боялась, что ктото из них случайно заденет край двери. Но потом, заметив, как она мгновенно расширяется, если рядом проходит чьято рука или нога, немного успокоилась и решила в свободное время немного поэкспериментировать.
– Все, – облегченно сказал голос Дэса.
Я решительно отпустила дверь и обернулась к старшему воину:
– Кантилар, можно вопрос?
– Конечно.
– У вас больше нет свободных воинов, или ты не хочешь рисковать?
– И то и другое, – сразу ответил он. – А у тебя есть предложения?
– Появились. Но об этом потом, скажите, когда можно забирать первый отряд?
– Вот, надень, – откудато появилась Хенна с кучей теплой одежды.
– Хенна! Да если я все это напялю, мне же ничего не видно будет. – Снимать принесенную Дэсом шаль почемуто было жаль.
– Тогда давай я шаль на спине завяжу. – Она ловко перекрестила шаль у меня на груди и завязала так, как меня в далеком детстве иногда завязывал папа.
– Спасибо. – Я скосила взгляд на эрга и спросила: – Пора?
– Пора.
Дверь нашла место, где билась с карателями первая группа, почти мгновенно. И я начала подозревать, что она ищет его не на местности, а в моей памяти. А если точнее, это я сама ищу. И от этих размышлений одновременно захватывало дух и становилось жутковато, как на сумасшедших виражах паркового аттракциона.
Воины уже расправились с чистильщиками и сгоняли в кучу телеги. Растерянные возницы в крестьянских потертых тулупчиках сидели поодаль в сугробе и следили за этим зрелищем с невыразимой тоской на обветренных лицах.
– Если оставить им коней, – сказал задумчиво Кантилар, – всех повесят. Решат, что мужики ради лошадок чистильщиков перебили.
– Ага, голыми руками, – не поверила я, подводя дверь так, чтобы можно было забрать пленников сразу с двух телег.
– Тут суд скорый, – мрачно процедил Дэс. – Но не тащить же их сюда?
– Кого, мужиков? – не поняла я, открывая дверь.
– Коней, – с тоской пояснил воин. – Мужики сами не пойдут.
– А давай попробуем? – загорелась я, сообразив, как ему хочется получить этих мощных животных. – Сейчас…
Представить, что дверь стала ниже и шире и не прямоугольной, а обтекаемой формы, оказалось делом десяти секунд, помогло воображение художника.
– Открыто! – любуясь в душе на свое произведение, гордо объявила я, и в новую, просторную дверь ворвался широким потоком промороженный воздух чужого мира.
– Найкарт! – рявкнул в дверь громовым голосом Кантилар. – Коней тоже ведите!
И, наверное, от полного счастья решительно выпрыгнул в сугроб.
В этот раз сводный десантный отряд забрасывал спасенных в наш мир намного организованнее, чем вчера вечером. Сразу становилось понятно, что все это было обговорено и продумано еще до того, как мы с Терезисом явились в храм. И значит, спор шел не о том, идти или нет, а о том, насколько можно рассчитывать на меня. Я, конечно, сразу поняла, что Балисмус во мне сомневается, зато теперь вдруг сообразила и другое – Дэс так рьяно защищал именно меня… Черт. И тут я прошу прощения, а потом спрашиваю так попросту, можно ли мне называть его учителем.
Черт, черт, три раза черт! Да ведь эти средневековые аборигены все поняли в меру своей испорченности, и тот факт, что я проспала, тоже явился доводом для абсолютно неверных предположений. Ну и как теперь доказывать, что все они ошиблись? Я так расстроилась, что едва не упустила контроль над дверью. От испуга даже дыхание перехватило и смыло, как волной, бесполезные переживания.
«Никогда не закрывайся, если через тебя идет человек или животное!» – мысленно воззвала я к двери, сильно сомневаясь, что она умеет понимать и запоминать приказы. Не компьютер же! И вообще, я только недавно решила, что она управляется моим мозгом, следовательно, просто не допустит такой ошибки. Последних ведьм еще уносили на руках сновавшие по залу многочисленные помощники из числа учеников и островитян, а Кантилар уже шагнул в проход, ведя сразу двух лошадей.
– Дверь стала шире, – задумчиво сказал за спиной Дэсгард.
– Это я ее раздвинула, – объяснила, наблюдая, как сидящие в сугробе возчики вытаращенными глазами провожают исчезающих в проходе коней, – нужно будет попробовать сжать. И знаешь, у меня появилось подозрение, что я вообще зря тут стою как дурочка.
– А где ты должна стоять? –
