Что может быть банальнее перемещения в чужой мир?! И, разумеется, Томочка, восприняла заявление загадочного незнакомца как глупую шутку. Но очень скоро убедилась, что никто и не думал с ней шутить. Мир действительно чужой, законы в нем странные и жестокие, а повелителю нужны вовсе не жены, а наложницы в гарем.
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
Вчера дракоша объявил, что теперь подчиняется мне, и по моему разрешению выполнял все просьбы Неджериза.
– Дракоша умный, – тихо и с достоинством сообщила змеиная голова, выползая у меня изза плеча.
– Конечно, умный, но немного невоспитанный, – оглянувшись на побледневшую царицу, укоризненно объявил духу Дэс. – Воспитанные дракоши сидят молча, когда рядом незнакомые люди, и не пугают женщин.
– Дракоша не злой, – обиделся монстр, это я явственно расслышала в его голосе, и так и охнула про себя.
Черт. Ведь если он научился чувствовать эмоции и понимать, когда его обижают, значит, мне пора срочно заняться его воспитанием, если уже не поздно. Мой папа в шутку говорил, что у его бабушки была в ходу поговорка: воспитывать ребенка можно, пока он поперек лавки помещается, а как подрос, уже бесполезно.
– Дракоша не злой, – погладила я его по голове, – но этого незнакомые люди не знают. И знать не должны. Потом я тебе все объясню, сейчас мне нужно поговорить с Дишей.
Кухарка смотрела на меня, когда открылся заслон, так спокойно и радушно, что в голове мгновенно проснулись и заметались подозрения. И что Диша под какимто заклинанием подчинения или приглушения, и что ее опоили успокаивающими зельями, или же это последствия шока, а потом будет откат.
– Магесса, – в голосе женщины не было ни малейшего сомнения, что это я, а не призрак, – вы сейчас домой придете или просто навестить заглянули?
– Навестить, – сказала я осторожно. – А у вас все в порядке? Тебе про меня ничего не говорили?
– Говорили, – презрительно фыркнула Диша, – но я им ничего не стала объяснять. Раз вы хотите, чтобы все считали вас мертвой, значит, так нужно, я же понимаю.
– Ох, ты меня успокоила, – облегченный вздох вырвался из груди непроизвольно, – а я так боялась, что ты начнешь переживать или уйдешь из дома. Запомни, это мой дом, я его заработала, и тебе никуда и никогда уходить не нужно, даже если меня не будет очень долго.
– Да я так и думала, – она победно ухмыльнулась, – и Ярик сказал, что вы живы.
– А Ярикто откуда знал? – насторожился Дэсгард. – И где он?
– Тут я. – Одетый в штаны и рубаху моего мужа, оборотень нагло рассматривал нас через экран. – А у вас там тепло?
– Иди в гостиную, я тебя заберу, – мгновенно пришла мне в голову новая идея, – тут есть отличные места, где тепло и никто не станет охотиться. Диша, ты правильно себя ведешь, но никому ничего не объясняй. Просто скажи, что веришь в меня, этого хватит, чтобы все отстали. ДА, ты тоже ничего никому не рассказывай, а если ктото будет очень упорно лезть в дом, поймай и дай сигнал. Ты же можешь?
– ДА может, – подтвердила так и лежащая у меня на плече голова, а зубастая морда, растянутая во все кухонное окно, согласно хлопнула жуткими веками.
Ярик перепрыгнул через проход так уверенно, словно делал это сотни раз, оглядел всех и непринужденно сел прямо на пол рядом с печью. Девушки, устроившиеся рядышком в глубине комнаты, проследили за этим маневром изумленными взглядами. Они явно считали, что так вести себя в столовой правительницы по меньшей мере неприлично.
– Люблю тепло. – Оборотень, слегка красуясь, потянулся и вдруг в упор взглянул на меня. И не было в его взгляде ничего от внешнего легкомыслия. – А что ты жива, гольды сказали, пришлось потратить клочок шерсти. Это сейчас Диша спокойно сидит, а как узнала про траур, волчицей выла.
– Спасибо, Ярик, – глотая комок, выдохнула я, – я тебе найду самое лучшее место в этом мире и с лешими познакомлю. Они ведь с вами дружат?
– Я подумаю, – уклончиво буркнул оборотень, не ответив на мой вопрос, и неожиданно расщедрился на объяснения: – Мне ее жалко стало. Она добрая.
– Кстати, – вспомнила я, оглядываясь на мужа, – а Клизу уже… наказали?
– У нее способности средние, – помрачнел Дэс, – но прежде чем запечатать, нужно не меньше суток сливать резерв на кристаллы. Иначе ничего не выйдет.
– Как бы сделать, чтоб ее пока не запечатывали, – глядя ему в глаза, тихо попросила я, отлично понимая, что со стороны это выглядит наивно и, возможно, даже смешно.
Но я иначе не могу, потому что неоднократно встречала таких людей, какой мне теперь видится мать Терезиса. Они охотно поддаются на любые подначки, и умелому манипулятору ничего не стоит подвигнуть их на любой поступок. Достаточно только найти в душе слабую струну, сыграть на ней, и этот человек пойдет даже на преступление. А потом будет искренне раскаиваться. Мне почемуто всегда таких жалко, ведь окажись рядом внимательный и сильный друг, все пошло бы подругому. Вот Гайтола – другое дело. Она начала мне завидовать
