Что может быть банальнее перемещения в чужой мир?! И, разумеется, Томочка, восприняла заявление загадочного незнакомца как глупую шутку. Но очень скоро убедилась, что никто и не думал с ней шутить. Мир действительно чужой, законы в нем странные и жестокие, а повелителю нужны вовсе не жены, а наложницы в гарем.
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
четко поняла, что это мне очень не нравится. Все. Не нравится быть запуганной и трясущейся, не нравится сидеть взаперти и получать информацию крохами, не нравится, когда меня ведут по жизни с завязанными глазами.
Но больше всего не нравится, что я не знаю ни цели, ни важности тех идей, ради которых должна сидеть в чужом мире и помогать чужим людям. Когда я решилась сюда уйти, единственной моей целью была моя собственная безопасность, но теперь я вдруг осознала, что эта цель достойна зайца, трясущегося в дальнем углу норы. А мне от такой на душе тоскливо и темно, как в самый мерзкий, промозглый и дождливый из осенних дней.
Я решительно отвязала свившуюся за ночь в жгут тряпку и потопала в ванную. Первым делом, наученная дворцовым опытом, покрутила кран с горячей водой и убедилась, что маги умеют заботиться о своем комфорте значительно лучше повелителей. Да я еще с вечера об этом начала догадываться, выяснив у Бертина, как пользоваться странными светильниками, светившими без огня и проводов.
Оставив ванну набираться, я с той же настырностью отправилась проводить ревизию в шкафу, с вечера оставалось воспоминание о вешалках с одеждой и забитых бельем и обувью ящиках. И вскоре убедилась, что меня тут ждали. Не знаю пока, конечно, зачем, но то, что именно меня, – никаких сомнений. Большая половина одежды была темными брюками и брючными костюмами, блузками, рубашками, жилетами и туниками.
Подходящая к настроению и случаю одежда нашлась довольно быстро, я захватила к ней удобные легкие туфлимокасины и отправилась в ванную. Пока наслаждалась горячей водой, душистым полужидким мылом местного производства и расчесывала подсыхающие после мытья волосы, примерный план действий сложился. К тому моменту, когда я была готова к решительным действиям, за окном, с левой стороны, уже вставало солнце. Я минуту постояла возле распахнутой двери на балкончик, греясь в его приветливых лучах, и твердо отправилась к выходу.
За дверью оказалась небольшая лестничная площадка, на которой кроме самой двери было три примечательных архитектурных детали. Лестница вверх, что меня заинтриговало, лестница вниз и арочное окно напротив, с очень широким подоконником, на котором валялись небрежно свернутое одеяло и несколько маленьких подушечек.
Само собой, мимо него я пройти не могла. Встала на подоконник коленями, прижалась лбом к стеклу и пару минут изучала открывшийся вид. И поскольку привыкла работать с планами и картами, то по знакомому очертанию храма со сверкающими флюгерами почти сразу определила собственное местонахождение. В самом дальнем правом углу от ворот, за небольшим двухэтажным домом и в окружении плодовых деревьев, кустов и клумб. Отличное местечко, пожалуй, доверь они выбор мне, пришла бы именно сюда.
В приподнятом настроении я шагнула на ведущие вниз ступени, с одной стороны примыкающие к округло заворачивающей вправо стене, а с другой защищенные ажурными коваными перилами с деревянным поручнем. Сделала несколько шагов и остановилась, изучая просторную комнату. Лестница почти упиралась в камин, возле него на ковре стояло несколько кресел, потом шло занавешенное окно. У противоположной камину прямой стены стоял обеденный стол со стульями, и виднелось сразу две двери, одна узкая и легкая, вторая массивная, расположенная, как я прикинула, именно в том месте, куда выходило окно лестничной площадки. Рядом с ней с одной стороны было еще одно окно, узкое, высокое и защищенное снаружи решеткой, а с другой – вешалка.
Но все это я осмотрела чисто автоматически, озадаченная неожиданной находкой. На широком диване, стоящем в дальнем углу, между большим окном и обеденным столом, ктото спал. И судя по очертаниям укрытых покрывалом тел, не в одиночку.
Конечно, не мое это дело, я вообщето не ханжа. Ну а если у самой пока не сложилось ни одной романтической истории, то в этом виновно вовсе не принципиальное неприятие любовных отношений, а весь уклад моей жизни.
Но вот как ведут себя девушки в этом мире в подобной ситуации, мне пока совершенно неизвестно. Возможно, визжат или зовут стражу, а может, просто тихонько удаляются в свой уголок и ждут, пока ситуация рассосется сама собой. А вот мнето что делать, если я уже не хочу ни спать, ни сидеть в уголке, теряя напрасно время?
Может, все же заорать?
Я еще раз глянула на спящих и побыстрее отвела взгляд, почувствовав себя крайне бессовестной. Но орать все же не решилась, предположив, что один из спящих на диване – маг. А судя по темным макушкам, выглядывающим изпод покрывала, – и второй, вернее, надеюсь, что все же вторая. И если я сейчас гаркну «подъем», вполне могу получить за такую выходку какуюнибудь магическую каку.
А поскольку я не трус, а человек с
