Что может быть банальнее перемещения в чужой мир?! И, разумеется, Томочка, восприняла заявление загадочного незнакомца как глупую шутку. Но очень скоро убедилась, что никто и не думал с ней шутить. Мир действительно чужой, законы в нем странные и жестокие, а повелителю нужны вовсе не жены, а наложницы в гарем.
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
сегодня утром учитель очень ловко задурил мне голову своими объяснениями. Нет, он меня ни в чем не обманул, но и всей правды не рассказал.
Основной правды, той, ради которой они каждую осень почти месяц подряд работали как сумасшедшие, рисковали жизнями и здоровьем, добывая экзотических блондинок. А потом по полгода не могли восстановить свой магический потенциал, всячески помогая друг другу справиться с банальными задачками. И за это завтра с утра я снова не дам ему выспаться, потому что время работает на них, а не на меня. Мой мир с каждым днем удаляется, и скоро я уже не смогу уйти… если не захочу участвовать в их делах.
Робкий стук в дверь раздался, когда я уже закончила основную фигуру и тряпочным кляпом растушевывала фон.
– Кто там? – осторожно спросила я, слишком поздно начиная понимать, что раньше в это окно было удобно не только заглядывать с улицы, но и видеть тех, кто пришел в гости.
«Ну что делать, или друг, или враг – третьего не дано», – вздохнула я, услышав робкое:
– Это Сина.
Звякнула засовом, впуская девушку, и сразу заперла его снова.
– А зачем вы нарисовали это? – бросая у входа потертую полупустую корзинку, робко поинтересовалась служанка.
– Чтоб враги боялись, – фыркнула я загадочно. Сейчас, пока в комнате полумрак, рисунок хотя и кажется довольно мрачным, но, впрочем, вполне терпимо.
На мой взгляд.
Сине, как было предельно понятно по ее разочарованной мордочке, не нравится и такой. А вот что она скажет, если увидит освещенное изнутри окно с улицы?
– Ну и как тетушка? – поинтересовалась я, проходя на кухню. – Рада?
– Да, – понятливо закивала головой Сина, – сказала, что раз так повезло, то она пока отложит поиски дома для меня.
– Ну и ладно, – с внешним безразличием сказала я вслух и хитро подмигнула девчонке: – Тогда идем готовить обед. Хочу научить тебя делать мой любимый фруктовый салат.
После обеда, на который я мстительно не стала звать нового напарника, снова отправилась рисовать, и теперь у меня уже было от чего оттолкнуться. Начала я от камина и прежде всего разметила комнату, помня об ошибке детства. Когда папа обнаружил, что я нарисовала на стене у кровати ВинниПуха, он не сказал даже слова. Наоборот, привез несколько рулонов светлых обоев с очень простеньким рисунком из редко разбросанных веточек, и маляра, который обклеил ими мою комнату на высоту двух метров. При этом тщательно прорезав дыру для Винни. С тех пор я начала заселять свою комнату любимыми персонажами и выдуманными животными и через год обнаружила, что первых разместила слишком свободно и безалаберно. Рисовать хотелось, а места уже не было.
Однако о том, чтобы учиться на художника, я и не заговаривала, после того как папа организовал мне экскурсию по улице, где сидели, стояли и гуляли все те, кто уже на него выучился. У них были потрясающие картины, и худенькая девушка, зябко кутавшаяся в длинную безрукавку, за несколько минут очень качественно нарисовала на листе ватмана мой портрет. А пока рисовала, рассказывала ловко разговорившему ее папе про то, что летом заработок еще неплохой, а зимой она работает учителем рисования в школе. И что детей, имеющих настоящий талант художника, в сто раз меньше, чем родителей, которые думают наоборот.
А потом мы смотрели на мужчину, рисующего сразу двумя руками, и изпод каждой кисти выходил совершенно потрясающий пейзаж. Вот около него толпились зрители и даже покупали эти картинки. Придя домой, я первым делом взяла в руки два карандаша – и через полчаса точно знала, что значительно лучше рисовать на обоях, тогда, когда этого хочется самой, чем стоять в промозглой, слякотной серости на проспекте и в надежде на заказ заглядывать прохожим в глаза.
На улице почти стемнело, я уже включила магический светильник и подумывала о том, что пора сворачивать работу, когда колокольчик над дверью позвонил.
– Мет принес фрукты, – сообщила Сина, пробегая к двери.
Я тотчас бросила кисть и торопливо пошла вслед за ней, выяснить, что именно принес парень. Еще нарезая к обеду под моим руководством салат, служанка кротко сообщила, что мою просьбу выполнила и сделала разносчику заказ на фрукты. Многозначительно поглядывая при этом сообщении на окно. Как я смотрю, тут сплошные партизаны, – сразу смекнула я, ведь про фрукты мною не было сказано ни слова. Но в том, что у парня возможностей выяснить все новости много больше, чем у нас, и минуты не сомневалась.
– Что это за страшилище у вас на окне? – донесся из кухни, куда Мет отнес корзину, озадаченный голос парня, заставивший меня хитро хихикнуть.
Нужно будет сходить на крыльцо, полюбоваться.
– Чтоб незваные гости не лезли, – бойко ответила Сина, и я довольно ухмыльнулась.
