Мона, потеряв только что родившегося ребенка, решила утопиться. Она поехала на Оку и с моста прыгнула в реку. Открыв под водой глаза, Мона увидела… мужчину с металлическим кофром в руке. Очнулась она в больнице. Оказывается, когда ее вытащили из воды, в руках Мона крепко сжимала металлический кофр. С этой минуты она стала объектом пристального внимания органов.
Авторы: Васина Нина Степановна
зрителей топтались, не понимая, что происходит.
Трое друзей проволокли бильярдиста до конца улицы, вернулись обратно, прислонили его к стене через два дома от клуба, кое-как натянули на него куртку и шапку, взяли за руки и за ноги и закинули в мусорный бак. После чего забрались в свою машину (московские номера) и укатили.
Артур Карлович Бехтев, оказавшись спиной на неудобном мусоре, открыл глаза и обнаружил, что на него смотрит сверху чье-то лицо. Он хотел махнуть рукой, мол, проходи дальше, мужик, и для этого даже с большим трудом вытащил из-под себя руку, но лицо пропало, а потом опять появилось, но уже совсем другое.
Так продолжалось довольно долго. Лица сменялись, небо проносилось над мусорным баком тучами из фильмов ужасов, гремя несбывшимися дождями и то и дело пряча ущербную луну, похожую на осколок разбитой ледяной тарелки из дорогого сервиза. Артур Карлович Бехтев не заметил, как заснул.
Проснулся он от страшного грохота. Конечно, он совершенно не понял, где находится и что происходит. Конечно, он щипал себя несколько раз за ногу, чтобы проснуться. Но огромное чудовище вдруг подняло его в воздух и закинуло в разинутую пасть с металлическим лязгом. На секунду ему показалось, что он попал в желудок огромного робота, Артур Карлович закричал так громко, как смог, но сам себя в грохоте не услышал. В этот момент он подумал, что рюмка коньяка была лишней, попытался встать, но тут включился внутренний механизм пресса, и его слегка прижало притянутым мусором к металлической стенке.
Бильярдист понял, что он жив, что он не спит, что он едет в большой машине, собирающей мусор. Дальше уже совсем легко было вспомнить, как он оказался в мусорном баке. Артур Карлович закричал, застучал кулаками в металлическую стену и даже заплакал в конце, когда отбил руку.
После следующей загрузки мусора Артур попытался выскочить из мусоровоза, почти добрался до открытого зева, но не успел — на него свалилась целая гора, что-то больно ударило по голове и от отвратительного запаха стошнило.
Он очнулся от следующего включения пресса, выждал, подталкивая ногами к лопастям скользкую массу, и поздравил сам себя с тем, что еще жив.
Он попробовал думать. Ощупал карманы, залез во внутренний и… чудо! Мобильный телефон! Артур нажал кнопку. Работает!
Он звонил 02, 03, в “Службу газа” и в “Службу спасения”. Шесть или семь раз он повторял, что попал в мусоросборник, что его везут по городу, куда именно — он не знает. Его успокаивали, обещали разобраться, дозвониться из Москвы в муниципальные службы Серпухова, и от уговоров сохранять спокойствие его мутило, как от вони внутри металлической коробки. Манипулируя с кнопками, он определил последний номер, по которому кто-то говорил с этого мобильника, и набрал его кнопкой повтора.
Сонный женский голос наконец произнес “алло?..”. Сбиваясь и через каждые три слова прося о помощи, Артур кое-как объяснил, что едет в мусоросборнике и что женщина должна поднять на ноги милицию, военных и позвонить его маме. “А где Коля?” — спрашивала женщина, зевала в трубку и уверяла, что сама в молодости любила пошутить.
Подсвеченный экран мобильника тускнел. Артур стал задыхаться. Он вдруг подумал, что умрет сегодня, и от этой мысли его затрясло. Умереть в машине с мусором! Да еще проиграв перед этим в бильярд! Что он делает? Зачем он здесь? Кто, умный и всесильный, забросил его сюда, по чьему велению?..
Тут, конечно, Артур вспомнил женщину, кормящую его ребенка, и чуть не вскочил, так сильно дернуло изнутри возмущение. Где эта гадина?! Как же ее зовут?..
Он ни разу не поинтересовался именем женщины. Как-то не пришлось. Постарался вспомнить, не называл ли мальчишка ее имени… Не вспоминалось, тело покрылось потом, дышать становилось все трудней, он последний раз набрал телефон “Службы спасения”, попросил оператора “24-дробь-три”, ему так сказали — сразу называть этот номер, чтобы заново не объясняться, и еще раз выслушал уверения, что все возможное они делают.
Водитель мусоросборника заметил, что за ним едет красный “Москвич” почти на выезде из города. Он чертыхнулся: неужели приставили проверяющего? Что еще может делать человек в автомобиле, плетясь за ним на минимальной скорости от помойки к помойке?! Притормозив на совершенно пустой дороге у светофора, он стал думать, проехать сегодня последнюю точку или повернуть к полупустым контейнерам на Советской? Эти контейнеры водитель забирал через день, в принципе, никто не жаловался, но мало ли что…
Перед ним по пустому городу пронеслась “Скорая помощь” с мигалкой, водитель проводил ее глазами, чертыхнулся еще раз и свернул на Советскую.
Стоя на улице и дожидаясь, пока поршень утрамбует порцию
