Мона, потеряв только что родившегося ребенка, решила утопиться. Она поехала на Оку и с моста прыгнула в реку. Открыв под водой глаза, Мона увидела… мужчину с металлическим кофром в руке. Очнулась она в больнице. Оказывается, когда ее вытащили из воды, в руках Мона крепко сжимала металлический кофр. С этой минуты она стала объектом пристального внимания органов.
Авторы: Васина Нина Степановна
Сидоркиной, тщательно изучая страницу за страницей.
— Поговорим? — Гостья усаживается за стол и разглядывает остатки завтрака и грязную посуду.
Я сажусь напротив, по другую сторону стола и вдруг замечаю, что высокий стакан, в котором — я точно помню! — оставался коктейль, теперь пуст.
Мы молчим и смотрим друг на друга так долго, что я не выдерживаю и интересуюсь:
— У вас проблемы?
Смешно. Интересно, какое у нее сделается лицо, если я начну сама перечислять эти проблемы? Вы, дорогая, неудачно потрахались в поезде с первым встречным, который оказался воришкой и стащил ваш чемоданчик… И вот вы выпрыгнули за воришкой из поезда, подрались с ним на берегу реки, и даже, наверное, в воде, и даже, наверное, перерезали ему горло, но чемоданчик так и не отняли. На мосту встретили самоубийцу, очень вежливо (очень!) попросили отдать одежду, раз уж она ей больше не понадобится, и…
— У меня нет проблем, — заявляет гостья. — Но я не люблю неожиданности.
— Неожиданности?..
— Конечно. Или вы считаете, что если вместо трупа меня ждет совершенно живой мужик — изрядно взвинченный и слегка не в себе, но живой! — это не должно быть неожиданностью? А в доме, который, как вы утверждали, будет совершенно пустым, оказывается посторонний, это как?
— Случайность?.. — на всякий случай предположила я и пожала плечами. — Но, я думаю, вы справились?..
— У меня едва хватило раствора на две порции. Что, по-вашему, я должна была делать с посторонним? Послушайте, как вас там?..
К этому вопросу я была готова, я к нему подготовилась сразу же, как открыла дверь, поэтому ответила быстро:
— Ляля.
— Пусть будет Ляля. С вас, уважаемая, двойная оплата, и я хочу получить ее сейчас. Плюс дополнительные расходы, плюс моральный ущерб, плюс плата за молчание.
— Двойная оплата — это?.. — я решила начать выяснять с начала.
— Это за две порции вместо одной.
— Ага… А дополнительные расходы?
— Мне пришлось сделать две дополнительные поездки. Так как в доме появился посторонний, пришлось уехать, а потом вернуться опять.
— Моральный ущерб — это, конечно…
— Вы за кого меня принимаете? — взвилась гостья. — Я что, по-вашему, убийца какая-нибудь?!
— Нет, что вы, как можно!..
— А какого хрена я тогда нахожу ученика подвижным?! Невменяемый мужик выскочил на меня с вытаращенными глазами, я его еле узнала, потому что сравнивать в тот момент его физиономию с той, что на фотографии, было совершенно невозможно!
— Невозможно?
— Он рыдал и кричал одновременно, конечно, в такой обстановке это невозможно.
— Понятно… Но вы же… справились? — интересуюсь я осторожно и замечаю, что моя гостья напряглась.
— У меня всегда с собой отвертка и запасная канистра, — ответила она не сразу. — Вы почему задаете столько вопросов? Вы что, меня пишете?
— Да, на всякий случай, — отвечаю я наобум, совершенно не понимая, что значит — “пишете” и при чем здесь отвертка с канистрой.
— Вы в своем уме? — тут уже и моя гостья перешла на шепот.
— Но вы же угрожаете, требуете денег, — я пожимаю плечами, — почему бы мне вас не писать.
— Прекрасно. Вы — Сидоркина Мадлена, так?
— Ну да…
— Вы заказали своего мужа.
— Думаете? Ну ладно, заказала, а что это значит? Куда я его заказала?
— Вы хотели от него избавиться и сделали заказ. Хотели избавиться от мужа?
— Ах, это… Да, — кивнула я уверенно, потому что как раз в этот момент вдруг представила, что, кроме большого мальчика, маленького мальчика и девочки, в кровати под тремя одеялами прячется еще и большой нервный муж!.. Отвечаю решительно:
— Муж мне совершенно ни к чему.
— И все это вы пишете, да? — злорадно интересуется гостья.
— Пишу, — киваю я.
— Ну-ну. А почему вы хотели от него избавиться?
— Наверное, он мне изменял, или я ему изменяла, уже не помню, извините.
— Я вам напомню. Он вам изменял. С изящной блондинкой с длинными желтыми волосами. Она лежала задушенная на вашей супружеской кровати, еще тепленькая.
— А-а-а! Теперь я вспомнила.
— Прекрасно. А то держите меня за идиотку. — Гостья встает, открывает свою сумку и достает из него небольшой предмет, похожий на телефон с антенной.
— Вы теперь вызовете милицию? — интересуюсь я.
— Очень смешно.
— Тогда, может быть, чаю?
— Спасибо, не надо. Я все-таки проверю вашу кухоньку сканером, если позволите, вдруг это не шутка и вы действительно пишете.
Она встала и провела своим сканером в воздухе, а я подумала, что в моем (то есть в ее… то есть уже в моем) чемоданчике такого интересного приборчика почему-то не было. У телефона
