Мона, потеряв только что родившегося ребенка, решила утопиться. Она поехала на Оку и с моста прыгнула в реку. Открыв под водой глаза, Мона увидела… мужчину с металлическим кофром в руке. Очнулась она в больнице. Оказывается, когда ее вытащили из воды, в руках Мона крепко сжимала металлический кофр. С этой минуты она стала объектом пристального внимания органов.
Авторы: Васина Нина Степановна
гостья почти минуту, не веря, слушала, как запищал ее сканер, потом достала из внутреннего кармана кожаной куртки отвертку. Надо сказать, что она разобрала телефонный аппарат куда быстрее и ловчее вчерашнего мастера. И собрала, кстати, тоже очень быстро. После ее сборки осталось несколько лишних деталей. Она сгребла их в ладонь и решительно направилась в ванную. Только я хотела было ее предупредить, а она уже сливала воду в унитазе. Вошла в кухню и смотрит на меня, как на редкую мерзость. Нечего тут изображать, я тоже так могу. Но для этого придется снять очки… Постояв, истекая злостью, гостья поинтересовалась:
— Ждете уборщицу?
— Нет.
Очень надеюсь, что в этот дом не приходит уборщица, садовник, повар, прачка и няня для детей. Очень!
— Тогда почему не вымоете ванну? У меня, как я уже говорила, не было времени тщательно заняться уборкой! Ваш гость вернулся! Еле успела убрать все в комнатах и уйти!
Она, похоже, злится.
— Обязательно все уберу, — на всякий случай, насколько это возможно шепотом, я изображаю готовность к подвигам, — вот только посуду вымою после завтрака…
— Деньги! — вдруг категорично потребовала гостья.
— Э-э-э… Как вас зовут?
— Деньги!
— Сколько? — сдалась я, прикидывая, сколько может быть зеленых бумажек в чемоданчике.
— Я уже сказала. То, что мне полагалось, плюс три раза по столько. Как все это сложно!..
— А можно назвать сумму? — интересуюсь я устало.
— Сорок тысяч. Это была не просто уборка. Мужчина на меня набросился, и его пришлось убить, — она почему-то показывает отвертку. — И, таким образом, трупов оказалось два.
— Конечно…
— Если вы не прекратите издеваться, я возьму деньги сама.
— Очень хорошо! — вздыхаю я с облегчением. — Пожалуйста, возьмите, сколько вам надо, и уходите, я устала.
Не объяснять же ей, что вот-вот проснется маленький мальчик и потребует есть.
Гостья решительно направляется к лестнице наверх. Этого только не хватало!
Бегу за нею по ступенькам и закрываю собой дверь в комнату для гостей, стараясь на ощупь вытащить ключ из замка. Но ее совершенно не интересует эта комната, ее интересует кабинет. Иду в кабинет. Гостья уверенно достает с полки несколько книг, после чего я вижу в стене дверцу сейфа. Она поворачивается и смотрит на меня. Я развожу руками.
— Извините, пожалуйста, я совершенно не помню шифр, я даже не представляю, что там может лежать, это сейф мужа, понимаете, я не имею к нему никакого отношения, мне очень жаль.
— Прекратите ломать комедию. Вы сами при заказе указали мне и шифр, и где находится сейф. Заткнитесь и станьте так, чтобы я вас видела, — приказывает блондинка и начинает тыкать пальцем в кнопки.
Я сажусь в кресло и закрываю глаза. “Ломать комедию…” Хорошо бы подремать рядом с детишками, послушать их дыхание. Зря я тогда потрогала через стекло ее ладони. Эта женщина мне уже надоела своей жизнью до тягучей тоски. Сейчас она ограбит сейф Сидоркиных и уйдет, и зря трепыхнулось мое сердце, когда я ее увидела, ничего интересного больше не будет, хотя… Она достала из сейфа пистолет и зачем-то нюхает его.
Интересно, чем пахнут пистолеты?.. По крайней мере, этот пахнет чем-то совершенно невероятным, раз она уставилась на меня застывшими глазами. Ну что, стреляй! Удобно даже, не придется падать на пол. Расслаблюсь, так сказать, в кресле.
— Не двигаться, — тихо приказывает гостья.
И не собираюсь.
Она думает несколько секунд, потом кладет пистолет обратно. Не придумала ничего подходящего для этой игрушки. Действительно, зачем ей пистолет, если есть отвертка…
Скука, да и только. Достает пачки денег, одну листает и по ходу интересуется:
— В кого стреляли?
— А-а-а?…
— Из пистолета недавно стреляли.
Молчу, потому что совершенно ничего не приходит в голову. Сказать, что в любопытных гостей? Сколько, однако, денег у этих Сидоркиных в сейфе, надо же, еще что-то осталось… Ее действительно зовут Марина или это только в паспорте так написано?.. В другом, кстати, ее звали как-то странно… Милисия?.. Летисия… Я зеваю. Это совершенно выводит из себя гостью, запирающую сейф.
— Закрой зевало, — грубо приказывает она.
— Марина, — прошу я, проявляя чудеса терпения, — пошла вон, ты мне надоела. Мало того, что ты теряешь реквизит, так еще и хамишь у меня в доме. Убирайся.
Она застывает у книжных полок. Интересно, будет опять набирать шифр, чтобы достать пистолет? Нет, похоже, не будет. Неуверенно делает шаг ко мне, потом вдруг переходит на жесты глухонемых. Это что-то новенькое! Манит за собой по лестнице вниз. Пачки денег она засунула в куртку за пазуху и одной рукой придерживает
