Мона, потеряв только что родившегося ребенка, решила утопиться. Она поехала на Оку и с моста прыгнула в реку. Открыв под водой глаза, Мона увидела… мужчину с металлическим кофром в руке. Очнулась она в больнице. Оказывается, когда ее вытащили из воды, в руках Мона крепко сжимала металлический кофр. С этой минуты она стала объектом пристального внимания органов.
Авторы: Васина Нина Степановна
в нее удобно — три выступа в отделанной досками стене. Вот он уже стоит в яме по плечи, наружу выступает только голова, вот он наклоняется — теперь и головы не видно-и снизу спрашивает:
— Что мы будем считать худшими неприятностями — металлический чемодан или автомат?
— Какой еще автомат?!
— Вот. С коротким стволом, — выпрямившись, Коля поднимает к моему лицу на вытянутых руках короткоствольный автомат.
— Немедленно положи обратно! — я перестала выть и перешла на шепот.
— Там еще коробка с патронами.
— Не трогай!
— Тогда я беру чемодан?
— Ничего не трогай! Вылезай!
— В чемодане может быть мобильник, больше ему быть негде! — авторитетно заявляет Коля, и я сдаюсь:
— Ладно. Давай чемодан.
Замки не были заперты — просто отщелкнулись. Телефон лежал сверху.
— Ну, что я говорил?! — довольный Коля идет крутить ручку лебедки.
Люк опускается.
Я застыла на корточках перед открытым чемоданом.
На внутренней поверхности его крышки нет круга из серебра с монограммой. Это что же, нет и тайника?
Нет термоса с кислотой, нет тюбиков с подкожным силиконом, нет париков, накладных усов, нет растворителей, масок, линз и косметики.
В чемодане, аккуратно упакованные, лежат несколько комплектов нижнего белья, дорогой швейцарский шоколад — шесть плиток, флакон спирта и фляжка еще с каким-то спиртным, по запаху — коньяком, зубная щетка, наборчик для ногтей, дезодорант, мыло, ароматические салфетки, пачка “Голуаз”, золотая зажигалка…
— Давай ты заведешь машину в гараж, и мы пойдем изучать телефон в кухню, — предлагает Коля.
…зато есть шесть одноразовых шприцев, несколько упаковок резиновых перчаток, нашатырь и камфора, пузырек с аммонием, трубка для клизмы с набором соединителей.
Колин гипс, уже довольно грязный, мелькает передо мной на ступеньках лестницы — топ-топ, топ-топ…
И какой из всего этого вывод? Я ложусь спиной на кухонный пол, расслабляюсь и закрываю глаза.
— Можно активизировать телефон? — спрашивает Коля.
Конечно, содержимое этого чемодана заставляет думать, что дамочка собралась в дальний путь, причем время отбытия ей неизвестно, как и условия отъезда, поэтому она сделала все, чтобы быстро схватить чемодан и бежать. Вывод напрашивается такой: в этом чемодане, как и в том, который я отобрала у мертвеца, есть тайник. И я его вскрою, чего бы мне это ни стоило, даже если понадобится воспользоваться всем набором электроинструментов из мастерской тенора.
— Подожди с телефоном, — я поднимаюсь с пола и показываю Коле утолщение в дне чемодана, — видишь, вот здесь — самое интересное, пока не достанем, телефон не трогать.
— Минуточку! — Коля уходит вниз и возвращается с первым металлическим кофром. — Элементарно! — его распирает от сознания собственной сообразительности. — Такой же чемоданчик? — победно интересуется он и, не дожидаясь ответа, назидательно сообщает:
— Такой же! Были, правда, паспорта, а теперь нет, — он задумывается. — Но они же были из тайника, да?
— Из тайника, — киваю я.
— И как ты открыла тайник?
— Повернула вот этот кружок. Во втором чемодане кружка нет.
Коля убедился, что действительно нет.
— Нужно найти кнопочку или рычаг. — Он трясет чемодан, и в какой-то момент под его рукой, щелкнув, поднимается крышка тайника. — Да он открыт!
Мы перебираем содержимое. Три паспорта — один заграничный, во всех — фотографии обожаемой им Ляли, разные имена, Мадлена Сидоркина в них отсутствует. Три пачки денег в долларах. Три баночки крема — разные, упаковка таблеток, по-моему, “экстези”, Коле я говорю, что это успокоительное. Несколько браслетов, два кольца…
— А вот это сюда не вписывается, — Коля протягивает мне кулон на веревочке.
После изучения паспортов с фотографиями своей возлюбленной он стал грустен.
Я зажимаю в ладони кусочек черного дерева с изображением Анигуры Всевидящего и рассматриваю веревку, на которой он висит.
Анигура спас Колю.
Не знаю, почему Коля полез открывать баночку крема, может быть, хотел вдохнуть знакомый запах или понять, зачем крем запрятали в тайник.
Я вижу, как он открывает крышку, — еще один поворот, еще… Я вижу его удивленное лицо, понимаю, что здесь что-то не так, сильнее сжимаю в руке деревянного Анигуру, тот впивается мне в ладонь своим третьим глазом — на лбу глаз вырезан с устрашающими шипами, я вскрикиваю и бросаюсь к Коле как раз в тот момент, когда он уже приготовился понюхать содержимое баночки.
Я успела схватить баночку сверху, вовремя зажав ладонью отверстие, а другой рукой
