«Пять глыб — линкоры Солнечной — бьют в пространство, заполненное кораблями Бессмертных… Мониторы выстроились в замкнутую цепочку, работают будто лента конвейера, сменяя друг друга. Левое крыло — крейсеры. Попеременная атака! Движение их строя — движение жующих челюстей. Если бы пространство умело кричать — оно бы кричало!»Большая война с высокоразвитой расой Бессмертных продолжается.
Авторы: Градинар Дмитрий Степанович
который тебе известен. Поэтому пришлось выбираться, пользуясь транспортером, к ангарам и уже оттуда знакомой дорогой направляться к своей каюте. Мимо него промчалась группа пилотов-истребителей, на ходу защелкивая индапы. Вторая дежурная смена, понял Джокт, срочный вылет, опять какой-нибудь линкор вляпался по самое не хочу. Опять кто-то сгорает заживо в тесных казематах и турельных гнездах… Ему ли судить тех, кто втянул в такую войну еще и девчонок живущих своей игрой? Может, так и нужно? И прав был Спенсер, говоря, что новые пилоты не имели будущего и взамен обрели возможность сослужить большую службу Солнечной. Может быть…
Когда он, пропетляв по изгибам коридора, наконец-то нашел свое жилище — сказывался короткий промежуток времени с момента «переезда» из общего кубрика в индивидуальную каюту — внезапно все изменилось. Что-то щелкнуло внутри, мысли побежали в обратном направлении, и захотелось вернуться в ЭР-ПЕ-ВЕ, чтобы найти пьяную девицу, которая наверняка успела всем надоесть, покружить ее в танце, а после уйти, забрав ее с собой. Так, как астрограф, не стесняясь чужих взглядов. Ведь завтра — рейд. Опять перед боем Гонза сообщит схему замещения — на самый крайний случай. Не поджидает ли этот же случай и его, Джокта? К чему тогда все? К чему ненужная мораль и одиночество? Ведь завтра — рейд…
Уже собравшись осуществить свое намерение, Джокт остановился, раздумывая, но вдруг увидел, что одна из дверей в коридоре открыта, как раз рядом с его каютой. Это выглядело чуть необычно… Само нахождение в недрах циклопического сооружения Крепости порождало достаточно сильное чувство отчуждения от внешнего мира. Поэтому двери офицерских кают, как правило, никогда не запирались на магнитные замки. Разве что кому-нибудь захочется еще большего одиночества и отчуждения, если говорить о каких-то фрагментах личной жизни, которые не выставляются напоказ. Но чтобы вот так — дверь нараспашку… Наверное, человеческие традиции и устои, как внутренние (личные), так и внешние (общественные), заставляющие держать двери прикрытыми даже в Крепости, эти традиции неискоренимы. Даже осознавая, что если кто-то и решит потревожить тебя в твоем же жилище, то только по необходимости, пилоты предпочитали спать, слушать музыку, смотреть видео, диктовать сообщения родным и друзьям, находящимся вдали от Крепости, за прикрытыми дверями, пусть даже не запертыми на замок. Обычное дело. Поэтому дверь нараспашку обращала на себя внимание. Достаточно сказать, что на всем видимом изгибе коридора она была такая одна. Прочие — закрыты.
Заинтересовавшись, Джокт заглянул внутрь каюты, ожидая увидеть там или небольшую компанию, занятую разговорами, а потому попросту не обратившую внимания, что дверь открылась, или же наоборот — никого не увидеть. Пилот мог оказаться участником второй дежурной группы и, выбегая, сосредотачиваясь на ходу перед боем, забыть про такой пустяк. Тогда Джокт непременно сделал бы то, что второпях не успел сделать неведомый собрат по оружию.
Но он ошибся. В каюте не было никаких компаний, но она не осталась пустующей. Хозяин каюты находился на месте, располагаясь спиной ко входу, перед монитором, и увлеченно гоняя по экрану маленький звездолетик, который отбивался от наседавших на него врагов. Это-то и показалось самым необычным. Вылеты, тренировки на тренажерах, где реализм достигал апогея, оставляя ощущение действительного присутствия в кабине истребителя, все это исключало такое свободное времяпровождение, как компьютерные игры. Разве что преферанс при отсутствии живых партнеров и простенькие головоломки. Все остальное, особенно звездные сражения, являлось уже явным перебором.
— Эй! — обратился Джокт, но человек, перед монитором не отреагировал.
— Эй! — позвал он еще раз, зачем-то делая шаг внутрь каюты.
Опять то же самое… Звуковое сопровождение игры было отключено, и тут Джокт заметил, что играющий не нуждается в динамиках, в его ушах прочно сидели беспроводные наушники-ракушки. Еще Джокт обратил внимание, что пилот, явно новичок, какой-то щуплый даже для подростка, увлекся настолько, что раскачивается всем телом в такт движению игрушечного истребителя.
«Новый формат! — пронзила мысль, — Надо же, а ведь все решили, что их будут держать отдельно, где-нибудь поближе к лазарету. Или наоборот, сразу рядом с ангарами, чтобы проще заманивать в истребители, отвлекая от игры.
Вечной Игры. Игры Навсегда».
Сразу же вспомнилась недавняя картина, увиденная в ЭР-ПЕ-ВЕ. Пилоты-юноши, целая группа, встают, будто по команде, и, сочтя ненужную миссию исполненной, покидают зал. Потому что в каютах их поджидает настоящий мир, мир Вечной Игры,
