Куда только не забросит судьба нашего человека, тем более в служебной командировке, порой в такие места, из которых выбраться сложно, а иногда и вовсе невозможно. Так, простой менеджер Сергей отправившись в командировку, попадает в незнакомое место, где заводит себе новых друзей, людей или нелюдей, с этим ему еще предстоит разобраться.
Авторы: Elisa von der Recke
право пользоваться, — искренне возмутился я. Соглядатаи взяли себя в руки.
— Господин серый, настоятельно, — выделил говоривший это слово, — прошу вас не пользоваться болталкой. Вам все объяснят на месте.
Не знаю, как он сообщил начальству, или было запланировано, но через сто метро к нам подкатил воронок. Сыщики вместе со мной забрались вовнутрь. Возможности звонить у меня больше не было. Это они так думали. На самом деле я оповещал всех своих людей о происходящем. Оповещал только тех, кто под подчинением, утечка информации мне ни к чему. До отдельного приказа, будут думать, что все в неведении. До места добрались минут за десять. Я даже знал, куда меня доставили. За время, проведенное в столице, месторасположение городской тюрьмы я успел узнать. Меня привезли прямо в тюрьму. Вывели внутри тюремного двора со всеми предосторожностями. Мешок на голову, руки за спину, повели по лестнице в подвал. Крепкие провожатые впечатывают меня в жесткий стул. Мои руки стягивают ремнями. Справившись со своей задачей, конвоиры уходят. Я, конечно, знаю, что напротив меня сидит человек. Сидит, не шевелясь, наверное, готовится. Меня обыскали, болталку и деньги выложили на стол перед дознавателем.
Минут пять стоит тишина, я сижу, не дергаюсь. Приняв, наконец, решение, дознаватель поднялся со стула. Подойдя ко мне, стаскивает мешок с головы. Мне в лицо светит яркий, магический светильник. Ну, прямо, как в застенки к чекистам попал. Лица следователя не видно, зато метка поставлена. Я вообще последнее время почти на всех, с кем пересекаюсь, ставлю метки.
— Когда и где вы родились, — раздается ровный голос из тени за светляком. Я чуть со стула не рухнул от смеха, хорошо руки были привязаны. Нет, ну надо такое совпадение в другом мире. Следователь моего веселья не оценил. Поднявшись со стула, зарядил мне со всей силы в солнечное сплетение. Щит погасил удар, но мне пришлось изображать последствия. Когда я откашлялся, и смог нормально дышать, следователь повторил вопрос:
— Когда и где вы родились?
— Зря стараетесь, у меня на память блок поставлен.
— Место вашего рождения является секретом?
— Я много чего вообще не помню. Только последние несколько месяцев.
— Тем хуже для вас.
— Кто ваш работодатель?
— Блок в памяти на все вопросы о нем.
— С кем из людей вашего работодателя вы поддерживаете связь здесь?
— Ни с кем. Команду по продаже я набираю сам.
— Скажите, откуда у вас костюм из эльфийского шелка?
Пришлось задуматься. Не могу сказать, что я его шил в городе, проверят враз. Черт, придется говорить, что он у меня давно.
— Сколько себя помню, костюм был среди моих вещей.
— Откуда он у вас вы не помните?
— Нет. Может, я раньше был богат и пошил себе такой?
— Почему столь необычный фасон?
— Не знаю. Сам удивляюсь. Он не похож на модные костюмы столицы.
— Почему вы ходите в люмините.
— Маг сказал нельзя снимать. Мне становится страшно. Инквизиторы попробовали, так у них человек умер рядом со мною. Мне даже бумагу выдали, она у вас на столе.
— Как вы думаете, почему вы здесь.
— Вас попросил надавить на меня господин Вузельтус из налоговой инспекции, поскольку хочет отнять у меня водочное дело. Или граф Алимандор, потому, что я купил у банка его имение с землей.
— Серый, хватит ломать комедию, — хлопнул ладонью по столу дознаватель. — Ты задержан за шпионаж против Селии. Очень скоро ты перестанешь улыбаться, — прошипел мне в лицо дознаватель.
Вот это да. Такого поворота я точно не ожидал. Похоже, отделу правосудия надоело тратить время на слежку, решили пойти ва-банк.
— Полная чушь. Не знаю, в чью больную голову пришла, — договорить я не успел. Кулак дознавателя крепко врезал по моему лицу.
— Игры кончились, Серый. Ты знаешь, что у нас предусмотрено за шпионаж? Можешь не отвечать. Я тебе скажу, тебя будут четвертовать, причем долго и вдумчиво.
— Прямо сейчас начнете? — еще удар кулака по лицу. Ребята, похоже, не шутят. Только не понимаю, чего они от меня хотят, если на мне блок поставлен. — На мне блок стоит, чего вы от меня хотите узнать?
— Ты сам сказал, что блок на то, что было раньше. Сейчас ты мне расскажешь про явки, свою сеть, цели.
— Почему вы думаете, что на такую информацию блока нет?
— Не переживай, твои сообщники уже дают показания. Если ты думаешь укрыться за блоком, то я тебя разочарую. Их показаний вполне достаточно.
Вот ту ты дядя лажанулся. Никого ты не допрашиваешь. Нет в тюрьме меток моих людей.
— Какие у тебя отношения с Ильмириной Люрофаль?
— Она моя любовница.
— Вовлек нормальную подданную в шпионскую деятельность. Теперь ее пытают в соседней допросной. Хочешь послушать?
