Северин Мороз. Подросток, который вырос как обычный земной мальчишка, даже не подозревая, кто он в действительности… Долгие годы Департамент оборонных проектов просто следил за Северином — но теперь его пытаются использовать в сложной и опасной игре с эхайнами. Кем предстоит ему стать? Героем — или марионеткой?
Авторы: Филенко Евгений Иванович
молчание, сотрудник Махраспанд задал осторожный вопрос:
– А что мы с этим эхайном будем делать?
– Мы его воспитаем, – сказал Тиштар. – Мы подготовим его и обучим, как все дьяволы ада не обучали своих дьяволят. И мы забросим его в самое сердце Черной Руки… Единственное, что от него потребуется, это точно указать нам место.
– И что потом?
– А потом он должен вернуться. Как… как бумеранг. Потому что больше там ему делать нечего.
У некоторых сотрудников группы «Ньютон3» были на сей счет сомнения.
– Присутствие хорошо законспирированного и толкового информатора в высших эшелонах Эхитуафла нам бы не помешало, – сказал Анагран. – Надеюсь, ни у кого нет иллюзий, будто «Согдиана» – это последняя акция эхайнов?
– Полагаю, что нет, – сказал Тиштар. – Но «Согдиана» ДОЛЖНА стать последней их акцией. А еще – жестоким уроком для всех нас. Потому мы должны научиться защищаться. Мы должны поставить себя так, чтобы сама мысль о нападении на корабли и колонии Федерации показалась бы абсурдной. А в случае, когда такое все же произойдет по чьемулибо недомыслию, строго наказать агрессора за его самоуверенность! – Он обвел горящим взором притихших коллег. И, выдержав патетическую паузу, заговорил на полтона ниже. – Но это не есть задача группы «Ньютон3». Ваша задача – вернуть заложников. К тому же, с учетом всех обстоятельств, я подозреваю, что наш агент по выполнении своей миссии наверняка окажется разоблачен. Контрразведка Эхайнора – не чета нам. И ему не останется ничего иного, как спасать собственную жизнь всеми доступными ему средствами.
– Действительно, бумеранг, – заметил Хваршед. – Бумеранг на один бросок.
– А нам и нужен один, – усмехнулся Тиштар, он же Людвик Забродский, молодой, амбициозный и полный творческой энергии функционер Департамента оборонных проектов. – Один хороший прицельный бросок.
Он веско опустил ладонь на столешницу перед собой, закрывая эту часть дискуссии.
– Приказываю, – сказал Тиштар, испытывая неподдельное наслаждение от звуков собственного голоса, – объявить постоянный и всесторонний мониторинг информационных потоков в обитаемой части Галактики. Я не готов уточнить, что следует искать, но всякое немотивированное либо сомнительно мотивированное упоминание самих понятий «Черная Рука», «Черный Эхайн», просто «эхайн», равно как и производных от этих понятий, должно исследоваться на соответствие интересующей нас теме, а в особых случаях незамедлительно доводиться до моего сведения. Днем и ночью, где бы я ни был. Выполнять.
После этого знаменательного совещания каждый занялся своим делом. Группа «Ньютон3» разрабатывала и детализировала проект «Бумеранг», на тот случай, если в распоряжении ОАМ действительно окажется живой, здоровый и благосклонно настроенный к человечеству Черный Эхайн. Все члены группы были вполне здравомыслящими людьми и обоснованно испытывали здоровый скептицизм по поводу такой возможности, но продолжали честно выполнять свою работу. В свою очередь, Тиштар не оставлял попыток подобрать ключи к железному занавесу вокруг двухсот заложников. Он инициировал еще восемь проектов. С маниакальным упорством он готовил и засылал на Эхитуафл все новых и новых агентов, каждый из которых превосходил своего предшественника. Он сканировал и просеивал сквозь сито мощнейших мемоселекторов информационные потоки Черной Руки, ежедневно перехватываемые невидимой паутиной спутниковшпионов. Он сам побывал в окрестностях стольного града Эхайнетт и даже, презревши увещевания экспертов, нагло и бесцеремонно прогулялся по улицам его окраин. Чтобы не выдать себя малым ростом и субтильным по тамошним меркам телосложением, ему пришлось прикинуться беспризорным подростком. Брутальные физиономии эхайнов, лязгающие звуки их голосов, нарочитая агрессивность поведения и навязчивая демонстрация ребяческой любви к оружию поведали ему больше, чем терабайты сводок, экспертных заключений и нередактированных информационных перехватов. Он решил, что начал понимать, что за раса ему противостоит и почему она это делает. Вернувшись, он взял себе новый псевдоним – Эйшрахаг. В языческом пантеоне Черной Руки так называли невидимого демона сладостной мести.
Забродский вообще часто менял псевдонимы – в зависимости от намеченной цели, поставленной задачи или настроения. Впрочем, в Департаменте это являлось обычной практикой. Даже вицепрезидент Ворон во время оно был Ихневмоном, пока не счел, что не его это дело – кусать разнообразных кобр за что ни попадя, а пора бы уже остепениться, занять кабинетнасест в штабквартире и руководить оттуда дальновидно и мудро, как и подобает одноименной птице… Эйшрахагом Забродский
