Северин Мороз. Подросток, который вырос как обычный земной мальчишка, даже не подозревая, кто он в действительности… Долгие годы Департамент оборонных проектов просто следил за Северином — но теперь его пытаются использовать в сложной и опасной игре с эхайнами. Кем предстоит ему стать? Героем — или марионеткой?
Авторы: Филенко Евгений Иванович
сущий ВинниПух. Нехорошо знать эхойлан, однако великолепный администратор… Тьфу! Лапидарный стиль общения досточтимого директора весьма прилипчив. Всякий раз требуется время, чтобы вернуться в привычное состояние.
– Представления не имею, кто эти достойные господа, – притворился я.
– Действительно, вряд ли в Эхайноре знакомы с книгами Кэрролла и Милна, – притворился виав.
Мы обменялись понимающими улыбками.
– А что читают дети в Эхайноре? – не унимался он.
– Четверть часа, – сказал я, сделав вид, что не расслышал. – Что это значит?
– А то, что если через… ммм… четырнадцать уже минут ты не окажешься на борту вукртусского транспорта, каковой ожидает тебя у причала номер три, то рискуешь зависнуть на Дхаракерте до следующего рандеву с директором Мурнармигхом. И вряд ли я окажусь рядом, чтобы снова выручить тебя.
– Значит, я не успею посмотреть на маяк?
– Нет, не успеешь. А зачем тебе, простому эхайнскому пареньку, глазеть на Галактический маяк? Или ты все же шпион?
– Нет. Просто мне любопытно.
– Конечно, любопытно, – сказал он. – Уж поверь, там есть на что посмотреть… Послушай, Сева, – вдруг оживился он. – Если у тебя есть возможность выбирать… ведь ничто не мешает тебе просто остаться здесь. Вот так взять и остаться! Ничего, что ты эхайн. Большое дело! Нам нужны специалисты. Нам нужны дилетанты. Лам нужны просто рабочие руки и мыслящие головы. Ты же наверняка чтото умеешь делать своими руками, что будет полезно здесь, на Дхаракерте! Ведь умеешь? Здесь интересно. Нет, черт возьми: здесь очень интересно! Это такой котел! Люди, виавы, вукрту, хтуумампи… тахамауки эти несчастные. – Я вздрогнул. – А хочешь, я тебя со шпионкойиовуаарп познакомлю? Она славная. Ее Дашей зовут…
– Нет, Мячик, – сказал я, стиснув зубы. – Меня ждут дома.
Единожды солгавший… Никто не ждал меня там, куда я держал свой несообразный ни с каким здравым смыслом путь.
Он замолчал, глядя на меня печальными влажными глазами.
– Вы, эхайны, такие упрямые, – сказал он наконец. – И с вами трудно, и вам с собой еще труднее… Если я протяну тебе руку, это не затронет твою честь?
– Нет, – сказал я. – Это сделает мне честь.
Его ладонь была сухая, теплая и мягкая, как у ребенка.
– Мячик, – сказал я. – Сколько тебе лет?
Виав залился жизнерадостным смехом.
– Это самый простой вопрос, какой ты мог бы мне задать! Потому что одно время я отвечал на него по сто раз на дню. Мне четыреста восемьдесят четыре человеческих года. Извини, что не говорю «эхайнских» – я не знаю, с какой планеты ты явился… Я еще достаточно молод, чтобы совершать глупости. Что я и делаю прямо сейчас.
Тахамаук ошивался у входа в тоннель, что вел к третьему причалу. Был ли это тот самый, что застукал меня в вестибюле космопорта, или какойто другой, оставалось только гадать. Он просто торчал здесь без определенной цели, размеренно поводя ушастой головой из стороны в сторону. Мимо него прошествовали, перемурлыкиваясь на ходу, несколько вукрту, больших и маленьких, в своих комичных халатах всех расцветок, и ни один из них не доставал ему до пояса. Тахамаук не удостоил их вниманием.
Еще бы! Ведь он караулил меня.
Я отпрянул за угол, вжался в стену. Сердце бешено долбило в грудную клетку, словно хотело вырваться на волю. Ладони сделались омерзительно влажными. Челюсти свело гадкой кислятиной. Видели бы меня друзья из «СанРафаэля»… видела бы меня Антония.
Так. Успокоились. Сосчитали до двадцать… дольше не стоит, так недолго и на рейс опоздать. Допустим, он меня заметит. Что дальше? Вытащит из кармана острый нож и зарежет под аплодисменты благодарной аудитории? Сдаст с рук на руки местному правосудию, которое меня тут же и линчует? Что он вообще может сделать мне? Что бы я ни говорил, как бы ни поступал, за кого бы себя ни выдавал, я все еще оставался свободным гражданином Федерации, наделенным всеми правами личности, да вдобавок ко всему, находился на своей территории. А он был здесь в гостях, в лучшем случае – приглашенным специалистом. Так что это скорее я мог взять его за шкварник – если, разумеется, дотянусь, – и строго вопросить, что он тут делает, по какому праву и какие цели преследует, напуская на себя столь мрачный вид, что малые дети пугаются…
Полегчало? Чтото не очень…
Но через несколько минут от третьего причала отправлялся транспорт на Рагуррааханаш. Он вполне мог покинуть этот мир без меня.
Так. Снова успокоились. Считать не нужно, нет времени… Я человек, и я в своем праве. Но даже если я эхайн – что с того? Этот серый верзила что, накинется на меня с кулаками, или обхватит своими безразмерными конечностями и призовет подмогу? Или что еще он может учудить? Нет у него права хотя бы както
