Северин Мороз. Подросток, который вырос как обычный земной мальчишка, даже не подозревая, кто он в действительности… Долгие годы Департамент оборонных проектов просто следил за Северином — но теперь его пытаются использовать в сложной и опасной игре с эхайнами. Кем предстоит ему стать? Героем — или марионеткой?
Авторы: Филенко Евгений Иванович
сместился от его лица кудато в неопределенность. В позах егерей обнаружилась некоторая расслабленность. Как по волшебству, эти головорезы вдруг утратили жгучий интерес к своим пленникам и даже начали со смешками о чемто переговариваться… Мичман подобрал под себя ноги и сел. Один из егерей равнодушно подопнул к нему поближе батарею от скерна. «Не боятся, – подумал Нунгатау. – Страха не знают. А если я захочу поквитаться?» Он вдруг понял: не захочет. Все, что он желал сейчас, так это поскорее сделать ноги и забыть о нескончаемой веренице унижений.
Изза здания космопорта на громадной скорости выскочила тяжелая, битком набитая «калоша», по широкой дуге пронеслась в опасной близости от обрыва. Из нее прямо на ходу посыпались, рассредотачиваясь, патрульные со своими парализаторами на изготовку. Егеря наблюдали за их эволюциями с веселым любопытством. И лишь когда следом вылетела вторая «калоша», удваивая численный перевес вновь прибывших, егерь в капитанском чине коротко проронил: «Занять оборону!»
Старший инспектор Имсантуарн, не прячась за спины подчиненных, но и не обнаруживая излишней склонности к авантюрам, зычно провозгласил:
– Вы находитесь на охраняемой территории режимного объекта космических коммуникаций. Предлагаю немедленно опустить оружие и внятно сообщить цель своего здесь пребывания!
Егеря зловеще молчали, поводя раструбами тяжелых разрядников, против которых парализаторы – что детские рогатки. Но этих рогаток было вдвое, а то и втрое больше.
– Повторно предлагаю выполнить мои требования, после чего вынужден буду приступить к активным действиям! – рявкнул старший инспектор.
– Нуну, – вполголоса произнес один из егерей.
Рядовой Юлфедкерк поднял голову и с некоторым изумлением огляделся.
– Что, наши прибыли? – спросил он.
Похоже, пока над мичманом изощренно измывались, этот балбес успел подремать…
– Где твое оружие, мисхазер , в грунт тебя по уши?! – прошипел мичман.
– А вот, – с охотой сообщил рядовой и вытащил изпод брюха вполне боеспособный скерн.
– Почему не противодействовал?!
– Я что, спятил?..
Между тем из дверей космпорта неспешным шагом появился полковник Силхарн, высокомерный и холодный, как Этвуррамак, Стихия льда и смерти.
– Отставить, инспектор! – лязгнул он.
– Старший инспектор! – ядовито поправил Имсантуарн.
– Неважно! Мои люди все равно вам не подчинятся. Поэтому предлагаю вам отогнать своих щенков на безопасное для них расстояние и приступить к переговорам.
– А я предлагаю вам уяснить для себя, как далеко вы намерены зайти в нарушении инструкции о безопасности объектов космических коммуникаций…
Полковник раздельно и с видимым наслаждением сообщил старшему инспектору, где и при каких обстоятельствах он видел сию инструкцию, лично янрирра старшего инспектора, всех его подчиненных и членов их семей, а также каким образом в самом обозримом будущем он намерен со всеми перечисленными персонами обойтись. Говорил он негромко, но был услышан всеми на площади. Егеря цинично ржали. Старший инспектор не подал виду, что обиделся. Он напомнил янрирру полковнику некоторые сугубо интимные подробности, связанные с появлением вышеназванного янрирра полковника на свет, указал на место, занимаемое в мировом порядке лично янрирром полковником, всеми его подчиненными, а также и родом войск, к которому сии господа имели невыразимую честь принадлежать, а под конец в ярких красках живописал незавидную участь, поджидающую всех, о ком только что шла речь, если они, разумеется, намерены упорствовать в заблуждениях относительно своей личной значимости для армии, Черной Руки и картины мира в целом. Патрульные поддержали своего начальника дружным гоготом.
Дело оборачивалось скверно. От стихийного Суда справедливости и силы полемизирующих отделяла какаянибудь паратройка оскорблений.
Но тут на площадь выскочила дева Алестегг Раахинга Силхарн, недавно еще хладнодушная и надменная, как монумент первопоселенцам, а теперь в слезах и с криками: «Папа!.. Янрирр старший инспектор!.. Ктонибудь!..» За ней, в непроницаемом для света и добра облаке самой страшной брани, вывалились несмываемо чумазые, громадные и злые, как все демоны мрака, шахтеры с Эрарфу. Из их семантически насыщенной хулы в адрес властей мирских и горних с трудом можно было вычленить нечто подцензурное, как то: «Куда подевали наш буровой снаряд, супостаты и лиходеи, когда цена ему выше, чем всей этой каменной коробке с ее железками, девками и вашими бронированными задницами?!»
Поэтому вывернувшаяся изза угла «ракушка» с сержантом Аунгу ничьего внимания снискать уже не могла.
