Северин Мороз. Подросток, который вырос как обычный земной мальчишка, даже не подозревая, кто он в действительности… Долгие годы Департамент оборонных проектов просто следил за Северином — но теперь его пытаются использовать в сложной и опасной игре с эхайнами. Кем предстоит ему стать? Героем — или марионеткой?
Авторы: Филенко Евгений Иванович
мужчины. А вы сможете драть глотки дальше, если для этого и собрались». – «Это недопустимый диктат!» – «Отберите у него сферикс!» – «Кто он такой?!» Я с наслаждением ожидал, что сейчас дядя Костя спокойно и весомо перечислит все свои титулы, включая самый убойный среди них «четвертый т’гард Лихлэбр». Но он равнодушно проронил: «Это неважно. Допустим, я ординарный ксенолог». Магистр Фарго и доктор Торрент, не сговариваясь, залились театральным смешком одинаковой степени ядовитости. «Ну хорошо, я доктор ксенологии, если комуто от этого легче… Просто шел мимо и услышал дикие крики. Думал, здесь когонибудь режут. А попал на общественный диспут на тему, которая меня давно занимает. И сейчас весьма желаю выслушать полезные соображения… Кстати, если есть желание отнять сферикс: пожалуй, я не стану его топтать – это долго и ненадежно. – Он подкинул шарик на ладони. – Я его раздавлю пальцами». Шум понемногу смолкал. С галерки донесся насмешливый возглас: «Это блеф! Сферикс изготовлен из керамита высокой прочности. Иначе его кто угодно мог бы вывести из строя. Я сам видел, как его пытались проглотить!» – «Хорошая мысль, – сказал Консул. – Но я уже завтракал. Впрочем, если есть желание проверить мою правоту…» Он зажал сферикс между пальцев. Даже на расстоянии было видно, как на его руке вздулись жилы. Амфитеатр замер. Я перестал дышать. Целая минута мертвой тишины показалась вечностью. «Не получилось», – вдруг сказал Консул и несолидно хихикнул. Несколько тысяч человек, что цепенели вместе со мной, сделали общий выдох облегчения. «Все же, есть в этом мире надежная техника…» – сказал студент рядом со мной. Пространство амфитеатра наполнилось гулом голосов, но прежнего накала уже не угадывалось. Дядя Костя неспешно натянул сенсорную перчатку управления сфериксом, примерился и щелчком послал шарик в сторону ближайшей вскинутой руки. «Что я хочу сказать…» – «Короче!» – «Без лишних орнаментов!» – «Незачем хотеть, пора уже говорить, наконец!..» – «Silencio! – рявкнул дядя Костя. И в мигом установившейся тишине прибавил сценическим шепотом: – Por favor
…» Выкрики с мест стихли до приемлемых норм, оскорбления прекратились вовсе – оскорблять Консула было себе дороже! – и обсуждение вошло в почти нормальное русло. Магистр Фарго злобно помалкивал, косясь на доктора Торрента, остальные же разглагольствовали в том смысле, что, да, человеческая культура вполне самодостаточна, и не слишком нуждается в мощном и довольнотаки чужеродном притоке новых идей, тем более что наличие, обилие и соответствие идеям гуманизма таковых пока что вызывает большие сомнения, но в то же время, нет, никак нельзя отрицать, что существующее положение вещей давно уже обнаруживает тревожные признаки некоторого застоя, что означенные признаки пока что не обрели форму опасных тенденций во многом благодаря мощным интеграционным процессам, имеющим место между Федерацией и Галактическим Братством, за что последнему отдельное и непритворное спасибо (Консул старательно держал каменное лицо, но удовлетворение читалось на нем открытым текстом), что постоянное присутствие на Земле всяких там виавов, иву… ува… в общем, какихто там… арпов, и даже тех же тоссфенхов, какие бы гримасы ни корчили сеньоры и как бы сильно не визжали сеньориты из группы поддержки гуманоидных инициатив с кафедры геосоциометрии, идет человеческой культуре всегда во благо и никогда во вред, и объяснить сей феномен можно только другим феноменом, а именно – эффектом «интеллектуального тигеля» («Это еще что за tonteria?!
» – «Да он сам только что придумал!» – «Может, и придумал, но эффектто существует, а раз существует, его непременно следует поименовать!..» – «Тебя бы кто так поименовал!..»), который в полной мере присущ человеческой культуре как тоже опятьтаки феномену, но галактического уже масштаба («Ох уж эти мне культурологи! У них что ни прыщ, то на полГалактики!» – «Пускай оторвет свою reraguarda
от кресла, кинет ее в вечерний трансгал и смотается хотя бы до ближайших соседей по Братству… кто там у нас поближе, сеньор ксенолог?» – «Кристалломимы с Летящей звезды Барнарда», – охотно сообщил Консул. «Вотвот… и спросит у этих мемокристаллов, подозревают ли они о наличии у обитателей желтого карлика, расположенного на расстоянии…» – «Чуть менее шести световых лет», – с готовностью подсказал дядя Костя. «Вотвот… о наличии у оных хотя бы какихто начатков культуры, а если уж на то пошло, то и о существовании таковых обитателей…» – «Подозревают, – ответил Консул. – И очень интересуются нашей монументальной скульптурой. Хотя
