Северянин

— сказал я на эту речь, — о чем-то подобном я и думал.
— Да. Именно для обучения всех этих хуманов, оборотней, гоблинов, эльфар и прочих, обладающих подобными способностями и открыт на базе Магической Академии Империи Ларгот факультет Искателей. Разделенный на кафедру видящих, развивающих и учащихся пользоваться своими способностями, и кафедру магов-поисковиков, где преподают основы магии, и больший уклон делают на максимальное развитие магических способностей учащегося. Плюс в обоих случаях идет усиленная подготовка этих студентов как будущих Искателей, то есть они проходят воинскую подготовку мало чем отличающуюся от подготовки рейнджеров. И как заключение Лениавес сказал.
— Вот именно подобных людей и стараются пригласить в любой отряд, отправляющийся в путешествие, вылазку или поиск. Именно они и должны предупреждать отрядного мага о встреченном магическом возмущении, а уж тот будет решать, как поступить отряду дальше. Подойти поближе и изучить, обойти, обезвредить или уносить оттуда ноги. Ну и еще есть различные артефакты «видения», которые позволяют выполнять те же функции, что и активированное плетение поиска магических сущностей, однако они очень дороги и не у всякого мага под рукой может оказаться подобный. Но ими тоже пользуются. Кроме того, самым дешёвым способом является воспользоваться “Свитком обнаружения», они очень недороги, и продаются практически в любой магической лавке, однако на даже небольшой поход их требуется не меньше сотни. Поэтому самым лучшим принято считать — наличие видящего или поисковика в отряде, хотя и про два других способа тоже стараются не забывать. Поисковики вообще по природе своей народ очень осторожный и предусмотрительный. Другие там просто не выживают.
— Понятно, — прокомментировал я рассказ Лениавеса и заодно поблагодарил его за столь подробные объяснения, — спасибо.
— Да не за что, обращайся, если потребуется еще что-то прояснить или узнать. Если смогу, то обязательно помогу, — ответил мне он.
На этом наш разговор был закончен и дальше мы продвигались уже практически в полной тишине. Только иногда шелестела одежда девушки, мы же с корнолом передвигались по коридору совершенно бесшумно.
Пока мы двигались, то на протяжении всего нашего пути, я проверял свои способности по обнаружению магической активности, или остаточного следа ее проявлений.
Мои способности значительно усилились после слияния с сущностями, и теперь я замечал не только предметы все еще заряженные ментальной энергией. Но мог обнаружить и различные артефакты или их детали, осколки, а так же части когда-то существовавших, но уже давно погибших магических существ, все еще хранивших в себе след былого присутствия магической энергии. Теперь я видел и это.
А поэтому мой путь превратился в своеобразный сбор занимательных вещиц и безделушек (толстая жаба или толстый хомяк у меня в душе радовались, а я тренировался).
По дороге нам попадались различные магически заряженные предметы (артефакты), которые были расположены где-то в толще стены, потолка и пола туннелей. Но иногда подобные предметы валялись прямо у нас под ногами. И они совершенно не светились накопленной или залитой в них ментоэнергией. Фактически они были пусты.
Но что совсем не удивительно, мои спутники совершенно не обращали на них внимания.
Я даже периодически просил корнола воспроизвести свое заклинание поиска магических сущностей, но и оно ничего не замечало.
Кстати. По дороге очнулся Рыкун. Первое время он, просто думая, что я не заметил этого, отлеживался у меня в рюкзаке, но когда я мысленно сказал ему.
«Выбирайся уж. Посмотрим на тебя», — то покинул свое лежбище и взобрался мне на плечо.
«Рыкун вырос», — гордо провозгласил этот маленький охотник.
И что странно, даже его мысленный голос в моей голове из несколько пищащего преобразовался в спокойное, чуть хрипловатое рычание.
«Ты и правда, вырос», — подтвердил я его слова.
Сейчас он стал походить на кутенка росомахи, я видел их как-то в зоопарке. Только цвет у него остался все так же неизменным, коричневый с двумя темными полосами от кончика носа до кончика хвоста, тянущимися вдоль его позвоночника. Кстати, раньше у него была всего одна такая полоска.
— Я даже не знаю такого зверя, — сказал Лениавес, — возможно в каталогах академии что-то о них есть, но я не слышал ни о чем подобном.
Эрея же просто кивнула головой, соглашаясь с ним.
— Ну не знаете и ладно, — как-то легко согласился я, — главное, что внутри это все тот же Рыкун.
— Да, но это животное намного опаснее того, что было с тобой раньше, — возразила мне девушка, — я это сейчас, когда оно пришло в себя очень хорошо