Северянин

эльфара, — продолжала она, — хотя это странно. На лесном наречии с вами он говорит достаточно свободно, — и, помолчав немного, добавила, — однако это не имеет особого значения. Суть в том и это для меня главное, что то о чем я вам рассказала, в дальнейшем остается для него загадкой.
— Эрея, почему вы так решили? — уточнил у нее Лениавес.
Девушка сначала посмотрела на меня, потом на корнола и ответила.
— Я наблюдала за ним. Аура лгать не может. Вы ведь знаете, что я маг жизни. Для меня это основа, работа с аурой. Не буду хвастать, но я достаточно сильный маг жизни. Возможно даже, не хуже вас, и уж гораздо сильнее него.
— Да, я это вижу, — подтвердил ее слова корнол.
— Так вот, во время нашего разговора, в его ауре не происходило никаких изменений или каких-то резких колебаний. И это если учесть, что на него не наложено даже никаких маскирующих плетений. Этот хуман абсолютно спокоен и задумчив. Это никак не вяжется с теми известиями, что я вам сообщила. Должна была последовать хоть какая-то реакция, но у него ее не было. Между тем, хоть вы и очень сильный маг разума и жизни, хоть контролируете свое магическое поле, хоть оно и скрыто у вас маскирующим плетением, но даже сквозь него я почувствовала усиление напряженности магической оболочки и всплеск магической энергии, когда вы услышали, то, что я вам сообщила. Отсюда я могу сделать единственный вывод. Он нас не понимает, и ждет того, что вы готовы будете рассказать ему.
На этом девушка замолчала.
Я же подумал.
«Значит, Искатель очень основательно скрывает мои эмоции и чувства, выставив наружу или какую-то их эмуляцию, или гася все значительные всплески и пики. Или как идеальный и наиболее оптимальный вариант он совмещает оба принципа, но главное, все это прекрасно работает и местные ходячие детекторы лжи», — на этом месте я непроизвольно взглянул на девушку, — «не могут разобраться в моих чувствах и мыслях. И это с учетом той ментальной защиты мыслей, о которой мне говорил когда-то корнол».
Необходимо иметь это ввиду. Но не нужно на все это надеяться. Корнола вон Эрея прочитать смогла. Хотя это сделал и я.
Однако может найтись и кто-то и более умелый, чем они и этот некто вполне сможет разобраться с моей аурой (я так думаю, под аурой они понимают менто-информационное поле). А поэтому, надо бы научиться сдерживать или контролировать свои эмоции получше, особенно на данном уровне. А то еще одно такое сообщение может выдать меня с головой и провалить всю мою легенду.

Задание к разработке принято,— доложил Искатель, —
создание гипнопрограммы по внедрению ситуационной модели соответствующей заданным параметрам будет готово через три часа.
«Оперативно отреагировал», — мысленно похвалил я ментоинтерфейс и вернулся к прерванной нити разговора корнола и Эреи.
Ведь главного до сих пор она так и не сказала.
Что за тройственный союз и почему этот вопрос вызывает такую бурю чувств в душе Эреи, сводящихся к огромному смущению и растерянности? Складывается впечатление, что она не знает как себя вести в присутствии меня и как сказать об этом корнолу.
«Но почему?» — так и не понимал я, правда была у меня одна безумная догадка, навеянная интуицией.
И уж больно интересно было мне услышат, насколько она соответствует действительности.
Смущение, интерес ко мне, достаточно быстрое узнавание, и самое главное — такое чувство, что она еще не сказала всей правды.
Между тем, Лениавес помолчав, потер подбородок, потом кинул задумчивый взгляд в мою сторону, и все же ответил девушке, на ее завуалированную просьбу.
— В принципе я с вами согласен. Я и сам придерживаюсь того же мнения. Пока говорить всего ему не стоит. Это не из-a того, что я ему не доверяю, — быстро ответил он, заметив сузившиеся удивленные глаза девушки, — на то есть свои причины. Вы этого еще не знаете, — и корнол вновь посмотрел на меня, — но слишком много странностей окружает моего молодого друга. И вам нужно знать об этом.
«Ах ты, пройдоха», — мысленно усмехнулся я, — «странностей. Да там не просто странности, там одна сплошная и непрерывная загадка. Но ведь ты ей об этом ничего не сказал, вернее сказал, но несколько перефразировав».
— Почему вы все это мне говорите? — между тем спросила девушка.
— Не знаю, — пожав плечами, похоже, честно признался Лениавес, — просто хочу, чтобы в будущем вы были готовы к ним. Или к тому, что они могут повлечь за собой. Почему-то, мне кажется, что вы должны об этом знать и гораздо больше других. Сам не понимаю, почему я так думаю и делаю.
— Спасибо, — искренне ответила Эрея, и задумчиво