Сезон дикой охоты

за стену. А здесь его нет, только пустая оболочка.
Ушла. Шаги в коридоре затихли. Ольга накинула на себя большой пестрый платок. Антон тут же отметил что женщина, занявшая соседний номер, носит его гораздо изящнее. У нее больше опыта. Больше вкуса Больше шарма. И так-то не слишком ценил Ольгинь прелести, а теперь и вовсе стал относиться к ним чересчур критично. Она чуть-чуть располнела. И нос у Ольги не безупречен, и шея коротка. А эти многочисленные маленькие родинки на левой щеке, прежде казавшиеся милыми, просто безобразны.
— Пойдем же наконец! — сказал ледяным тоном. Она вздрогнула.
Антон шел первым, Ольга за ним едва успевала. Поднявшись в столовую, первым делом огляделся, глазами ища пышную рыжеватую шевелюру. Женщина сидела за столиком одна, и Антон без колебаний направился туда. Ольга следом.
— А вот и наша соседка!— стараясь казаться веселым, воскликнул Антон. — Что, еще не подсел одинокий, интересный?
— Подсел, но, увы, не одинокий, — ярко улыбнулась женщина.
— Не возражаете? — Антон уже присаживался напротив. И Ольге довольно резко: — Ну, что ты стоишь? Садись!
Та села.
— Быть может, вы познакомите меня со своей спутницей? — улыбнулась рыжеволосая.
— Это Ольга. Ольга, это Алла.
Женщины обменялись выразительными взглядами. Рыжеволосая посмотрела на свою соперницу остро, хищно.
— Какая замечательная у вас краска для волос! — сказала вдруг Ольга. — Французская?
— А у вас, я вижу, не очень хороший парикмахер. Вам надо отпустить челку, будет лучше. А так слишком заметно, что лицо круглое.
Выпад был вполне в духе Регины. Или за год беспокойной жизни Алиса тоже научилась защищаться? Он видел, что Ольга хочет сказать что-то злое.
— Дамы, вы обе очаровательны. И мужчине вовсе не надо знать об ухищрениях, к которым прибегает женщина, чтобы…
Он вдруг осекся, вспомнив, для чего Регина делала силиконовые инъекции. Хотя бы не стала сейчас отрицать, что волосы у нее крашеные!
— Вообще-то, я брюнетка.
Что?! Неужели это признание? Ольга тоже насторожилась:
— Ну и были бы брюнеткой.
— Обстоятельства сложились так, что я вынуждена была поменять имидж. А вот и наш ужин! Спасибо, девушка!
Пауза. Рыжеволосая лениво ковыряла вилкой в тарелке. Потом отошла к стоящему посреди зала столу с горой овощей и зелени, чтобы наполнить свою тарелку. Ольга зло сказала:
— Вобла сушеная! Боится располнеть! Старуха!
— Ей тридцать пять лет.
— Все равно старуха! Я ее ненавижу!
— Ольга, уймись! Ты слишком громко разговариваешь!
— Да будь ты проклят! Из-за тебя все! Я теперь даже не знаю, что мне делать!
— Оля!
Она выскочила из-за стола. Вернувшаяся к столу рыжеволосая женщина удивленно проводила ее взглядом:
— Ваша спутница нервничает. Уж не из-за меня ли?
— Да, — отрезал он. — Из-за вас.
— Это еще почему? По-моему, я достаточно корректна. А вот она все время делает выпады в мою сторону.
— Вообще-то, она хорошая девушка. Просто немного нервничает.
— Будет знать, как красть чужих мужей! — вдруг резко сказала женщина.
— Что? Что ты сказала?!
— Мне надо уйти. Похоже, что я наелась.
— Постой. Ре…
Она быстро пошла к дверям. Антон все еще не мог прийти в себя. Да, это признание. Она решилась.
— Чай, пожалуйста.
Девушка-официантка, стройная, черноволосая, по виду, местная, улыбаясь, наполняла стаканы. Антон вновь почувствовал легкий холодок внутри и потянулся к одному из них, чтобы согреться. Кажется, он принял решение. Посидев еще немного, вышел из столовой. Ольга стояла у ворот и о чем-то негромко разговаривала с одним из охранников. Рыжеволосой женщины нигде не было видно. Ольга подняла голову, заметила его на ступеньках террасы и тут же отошла от парня. Потом быстрыми шагами направилась в корпус.
Антон спустился вниз и подошел к своей машине. Хорошо, что Ольга ненадолго оставила его одного. Она бы попыталась этому помешать. Открыл джип, долго копался внутри. Наконец вытащил из тайника коробку с пистолетом. Оружие он накануне отъезда проверил и тщательно смазал. Здесь же лежали патроны. Оглядевшись, обнаружил в машине старую сумку. Положил туда коробку и вылез из джипа.
Когда вошел в номер, Ольга копалась в своей сумочка «Макияж, что ли, делать собралась? Пусть замажет чем-нибудь свои отвратительные родинки!» Антон прошел к тумбочке, стоявшей возле его кровати, и засунул туда сумку с пистолетом. Хорошо бы еще избавиться окончательно от мешающей ему спутницы. И голос у нее противный.
— Антон, ты не хочешь прогуляться к морю?
— Что ж. Можно и к морю.
На самом деле море теперь