Денежный клиент погиб при очень странных обстоятельствах. Однако он успел взять с Насти Голубкиной обещание позаботиться о своих дочках. Но что это за дочки! Настоящие ангелы ада. И именно с ними владелица «Бюро семейных расследований» вынуждена отправиться в далекое путешествие. Уж не они ли расправились с папочкой? И не расправятся ли они так же легко с самой Настей? Но когда любимый муж увлекся молодой красивой коллегой, риск доставляет особое удовольствие.
Авторы: Саморукова Наталья
Это Самуил, это моя племянница Анастасия.
Марго важно надулась, как если бы представляла друг другу президентов транснациональных компаний. Я даже покраснела от неловкости.
Маленький, на голову ниже тетки, мужик с круглым пузом и грустным еврейским носом сдержанно улыбнулся мне. Улыбка у него была добрая и понимающая. Он покорно вызвался быть нашим провожатым в мире моды и тактично плелся сзади, пока мы ворошили вещи, вывешенные на плечиках.
— Нет, коричневое не бери, для коричневого нужно свеженькое лицо. — Тетка отобрала у меня симпатичный свитер с исландским узором и вручила взамен маловразумительную синюю тряпку. Я помялась и под шумок повесила ее обратно. Когда Маргоша, набрав целый ворох одежды, двинулась в примерочную, я все-таки схватила тот коричневый свитер, а потом еще брюки, какой-то очень прикольный оранжевый жакетик и вознамерилась уединиться за шторкой. Но тут Самуил осторожно взял меня за локоток. Я и забыла про мужика.
— Настенька, разрешите вопрос? Так сказать, не в порядке любопытства, а уточняющий. Вы вещи для кого покупаете?
— Как для кого? — опешила я. — Для себя.
— Ах, голубчик, я не про то речь веду. Я для вас уже пожилой мужчина, поэтому, надеюсь, вы не сочтете меня бесцеремонным… Для кого вы хотите носить все эти вещи?
— Ну…— засмущалась я.
— Тогда я понял вас правильно. Вы хотите понравиться любимому мужчине. Так?
— Допустим.
— Тогда позвольте несколько рекомендаций. Только не обижайтесь, дружок. Сейчас вы взяли то, что нравится вам. Но уверяю вас, практически сто процентов мужчин останутся равнодушными к выбранному вами наряду. Все эти вещи, несомненно, восхитительны, но они не несут в себе признаков пола. А это очень важно. У вас, детка, чудная фигура, волнующие формы. Их не надо выпячивать, но дайте себе смелости слегка подчеркнуть их. Акцентируйте свою женственность. Оставьте этот свитерок с высоким горлом для юных бесплотных созданий. Попробуйте вот эту кофточку.
Пунцовая как рак, я стояла перед Самуилом, вытянувшись струной и не знала, куда себя деть. Все мои волнующие формы словно увеличились в размерах. Мне показалось, что уже добрая половина посетителей и все как один продавцы смотрят на меня с нескрываемым любопытством.
— Ключицы должны быть открыты, — не унимался знаток женского обаяния, — фасон не обтягивающий, но облегающий. Юбка или брюки должны быть по фигуре, обязательно мягко подчеркивать линию бедер, даже если они чуть полноваты. У вас хорошая талия, значит, можете позволить себе пояса, короткие пиджаки и блузки. Оптимально, если вы откроете область щиколотки, поэтому я все-таки сторонник юбок. И конечно, разрез. Особая смелость тут неуместна, но он однозначно должен быть. Он дает простор фантазии… Цвета — только сдержанные, но не глухие, не тусклые. Вот этот молочный очень будет вам к лицу, низ можно и черный, но добавьте яркую деталь, вот смотрите, какой шарфик.
Я уже готова была взять и шарфик, и совершенно бабскую внешне юбку с какими-то немыслимыми оборками по низу и, не меряя, все это купить. Только бы заткнуть фонтан красноречия. Скользнув в кабину, я перевела дух. Примерив отобранные Самуилом вещи, вынуждена была признать — выгляжу я в них неплохо. Пожалуй, даже интересно. Образ этакой романтической пташки а-ля “раба любви” шел мне. Определенные опасения вызывало мое категорическое неумение находиться в этом образе слишком долго. Но… Уж сколько-нибудь да выдержу? И я пошла к кассе.
Там уже стояла пунцовая от гнева Марго. А еще больше съежившийся Самуил лепетал:
— Но, детка, у меня нет при себе столько денег.
Я поняла, что на Самуиле будет поставлен жирный крест, и быстренько расплатилась за теткины покупки, икнув от возмущения, когда увидела итоговую сумму. Тетка себя не обидела, прибрав к рукам едва ли не половину магазина.
— Настюха, сказать по правде, ничего ты в мужиках не понимаешь, — ласково похлопал меня по спине Гришка. — Мужик — существо принципиально иное, чем баба. Мозги у него, конечно, большие, спору нет. Но, уверяю тебя, есть моменты, когда они бессильны. Такой механизм, понимаешь, ничего сложного. Включается природный инстинкт, выключается все остальное. Потом в обратной последовательности.
— Ой, Гриша, оставь эти штучки. Такие речи я слышала миллион раз. Это не инстинкт, а элементарное свинство.
— Кто же спорит, конечно, свинство. Но Настя, хочешь, я поручусь за Лешку?
— Ты поручишься, конечно. Тебе разве трудно за него поручиться?!
— Золотая ты моя, я тебе когда-нибудь врал?
— Почем мне знать.
— Нет, Анастасия, уж в чем в чем, а во вранье ты меня обвинить не можешь. Когда не могу сказать правду,
