Денежный клиент погиб при очень странных обстоятельствах. Однако он успел взять с Насти Голубкиной обещание позаботиться о своих дочках. Но что это за дочки! Настоящие ангелы ада. И именно с ними владелица «Бюро семейных расследований» вынуждена отправиться в далекое путешествие. Уж не они ли расправились с папочкой? И не расправятся ли они так же легко с самой Настей? Но когда любимый муж увлекся молодой красивой коллегой, риск доставляет особое удовольствие.
Авторы: Саморукова Наталья
в аэропорту, показалось, что я с ним уже встречалась. Но не уверена.
— В общем, так: нам надо еще раз поговорить со всеми, кто так или иначе имеет отношение к трагедии — с Ангелиной, Светланой, гостями… Возможно, с теми людьми, которые знали девочек до их отъезда за границу. Наверное, и Анвара надо будет еще раз посетить. Я думаю, если найти к нему правильный подход, он будет более откровенным.
— Знаешь что, Гришенька, сам пойдешь эти подходы искать.
— Да и пойду, чего ты взъелась?
Отпустив мающуюся Лизавету домой, мы разожгли печку и еще долго сидели у огня, думая о своем. Гришу дома никто не ждал, а в больницу к жене уже не пускали. Она лежала на сохранении и соблюдала строгий распорядок дня. Мне домой просто не хотелось.
— А что, Настюха, вот разберемся со всеми делами, поедем к вам на дачу, да и оторвемся там, а? Ты с Лешкой-то решила проблемы?
— Да не знаю я. Другая у него. Что тут решишь?
— Ты кончай дурью маяться. Изведешь мужика.
— Изведу…— грустно усмехнулась я, подбрасывая в печку еще одно полешко. — Да разве это я его извожу?
— Все-таки вы, бабы, категорические дуры. Да мало ли в жизни бывает! Ну увивается вокруг него какая-то фифочка. Так чего же мужика в ее объятия еще и специально толкать?
— Это кто же толкает? А? Это я, что ли, толкаю?
— Ну не я же. Ты небось и дома такая же стукнутая ходишь. Представляю, как ему сладко.
— А как я должна себя вести? Радостно бросаться ему на шею?
— Тебе решать, Настюха. Но по большей части все зависит от женщины. Мужик никогда от привычной бабы не уйдет, пока она его сама не выгонит. Бывают, конечно, исключения! Но на то они и исключения, чтобы правило подтверждать. Лешка пока с тобой живет, а не с какой-то там… И коль ты его тоже любишь, дай ему понять, что это по-прежнему так, что он тебе нужен, что он всегда найдет у тебя понимание.
— Понимание — в чем? В кобелизме?
— Ой, не смеши меня. Тебе лет сколько? Пятнадцать? Жизнь есть жизнь, случается всякое. У мужика в крови — оприходовать новый объект. Тем более что иногда эти объекты буквально напрашиваются. Это неистребимо, как женское коварство и детская наивность.
— Хочешь сказать, что я должна смотреть на все сквозь пальцы?
— Ты, мать, вечно утрируешь! Я разве об этом сейчас говорю? Не отталкивай. Не глупи. Поговори с ним, попробуй аккуратно все выяснить.
— Да не хочет он ничего выяснять. Я уж пробовала, — пригорюнилась я.
— Значит, плохо пробовала. В любом случае не надо вот этого льда. От него мухи мрут, не то что мужики. Мужик — существо хрупкое, нежное и ранимое.
— Я тебя, Гриша, сейчас поленом стукну. Заодно проверю, насколько ты хрупкий.
Домой на этот раз я ехала в несколько приподнятом настроении. Гришке удалось расшатать какой-то кирпичик в прочном фундаменте моей обиды. Ладно, думала я, и правда, чего только не бывает. Я один раз чуть было не отдалась одному из подозреваемых, так на меня накатило. А потом выяснилось, что он пользуется особыми духами с какими-то там феромонами. Может, и эта Леночка чем-нибудь подобным пользуется. Сейчас вот приду и накормлю Лешку ужином.
Но ужином кормить было некого. Вениамин сыто храпел около прогрызенной коробки с сухим кормом. Теодор же благополучно доел фикус, за который принялся еще пару дней назад. До этого в его бездонный желудок канула нежно любимая Лешкой орхидея, мясистое “денежное дерево” и утыканный огромными колючками кактус.
А Лешки, несмотря на позднее время, дома не было. На автоответчике сдержанное сообщение, чтобы к ужину не ждала. Вот и приехали. Я снова схватила в охапку Вениамина и горько заплакала над своей незавидной долей. Как же ужасно чувствовать себя никому не нужной. Как же паршиво, когда мужчина, без которого не мыслишь и дня своей жизни, отделяется от тебя стеной. И из-за кого? Из-за крашеной кошки Леночки? Да пропади все пропадом, если некоторые люди настолько тупы! Веня, уже привычный к моим истерикам, покорно висел у меня на руках.
Вдруг слезы моментально высохли. Где-то поблизости я почувствовала присутствие другого человека. Ощущение было совершенно отчетливым. Кто-то замер. Там, за дверью. Кто-то внимательно слушал, что происходит в квартире. Слушал и раздумывал, примеривался. С недавних пор нервы мои были так оголены, что я видела и слышала порой гораздо больше, чем следовало. Тихо, стараясь едва касаться пола, я вышла в коридор. Выключила свет и открыла внутреннюю дверь. Господи, даже Марго сейчас нет рядом. Опять где-то шляется. Не дыша, приблизилась к глазку. Оттуда, с той стороны на меня кто-то смотрел. На площадке было темно, хотя когда я возвращалась домой, свет горел. Едва живая от страха, я отпрянула от двери, и в то же самое время
