Денежный клиент погиб при очень странных обстоятельствах. Однако он успел взять с Насти Голубкиной обещание позаботиться о своих дочках. Но что это за дочки! Настоящие ангелы ада. И именно с ними владелица «Бюро семейных расследований» вынуждена отправиться в далекое путешествие. Уж не они ли расправились с папочкой? И не расправятся ли они так же легко с самой Настей? Но когда любимый муж увлекся молодой красивой коллегой, риск доставляет особое удовольствие.
Авторы: Саморукова Наталья
в облике.
— Все, с этой минуты ты под арестом! — рявкнул Григорий. Лешка, бледный как обезжиренное молоко, сидел молча и только жадно курил, дым у него чуть ли не из ушей уже шел.
Критика в мой адрес была запредельно несправедливой. Я так сильно обиделась на коллегу, что даже не смогла послать его на три буквы. Понимала, что стоит мне открыть рот или сделать хоть одно лишнее движение, и я просто разревусь.
— Вы бы помолчали, любезный, — вдруг тихо, но очень уверенно сказал Потапов.
— Что??? — подпрыгнул на водительском сиденье Гришка, и мы чуть не вмазались в идущий впереди автобус.
— Правда, Гриш, заткнись, — бросил Лешка и, прикурив очередную сигарету, поглубже зарылся в воротник куртки.
— Да разве же я мог знать? Разве же я мог даже догадываться? — заерзал Григорий. Я поняла, что все это время его одолевал чудовищный приступ вины, и он, не зная, как с ним справиться, вел себя агрессивно. Или нет, если рассуждать совсем уж трезво, то Гришка был раздавлен собственной тупостью, тем, что не сумел просчитать последствий, не просто не уберег, а буквально подставил меня. В иерархии мужских ценностей это был поступок на минус сто.
— Накладка вышла! Мужики, ну честное слово, накладка! Ну кто мог подумать, что ее пасут не только наши и не только ваши, но еще и кто-то третий!
— Ладно, замнем для ясности, — буркнула я.
Потапов, все еще очень слабый после заточения, оказался самым трезвомыслящим среди нас. Он наложил вето на все известные адреса и сказал, что появляться там, где нас пусть даже с небольшой долей вероятности будут искать, крайне опасно. Гришка попробовал убедить всех, что нам следует немедленно ехать к его коллегам, и дальше уж они нас уберегут от всех опасностей.
— Уже уберегли, спасибо, — процедил сквозь зубы Лешка.
— Это серьезные люди, поверьте мне, не стоит корить их, что они не просчитали этот вариант, — спокойно заметил Семен Альбертович. — Я все объясню позже. А сейчас давайте подумаем, куда мы можем поехать.
— В гостиницу? — предложила я.
— В гостинице потребуют документы, — заметил Лешка.
— В кабак?
— Боюсь, что мы слишком живописно смотримся для кабака…— засмущался Григорий.
— А если…— Лешка задумался и, хлопнув себя ладонью по лбу, радостно выдал: — Ну конечно! Дом свиданий! Там никаких документов у нас не спросят!
— Какой дом свиданий? — напряглась я.
— Обычный, сейчас в Москве таких много. Туда едут парочки, не имеющие места для встреч.
— Ага…— тихонько буркнула я. Ну конечно, какие еще доказательства нужны? Видимо, последнее время Лешке приходилось неоднократно бывать в этих… домах. Ладно, сейчас не время для ревности.
— Больно состав нашей компании странный. Три мужика, одна баба, — скептически заметил Гришка.
— Да ладно, — махнул рукой Потапов, — Алексей прав. Это оптимальный вариант. А состав компании там никого не удивит.
Возможно, и так, подумала я. Меня вот нисколько не удивило, что Лешка с легкостью назвал адрес ближайшего убежища для тайных любовников. Все ломалось в моей жизни. Трещало по швам. Только я немного пришла в себя, поверила в чудо, и опять обухом по голове, получите и распишитесь.
За стеной громко застонала женщина. Ей вторили два мужских голоса, один писклявый, другой басовито раскатистый. Интересное мы выбрали местечко. На состав нашей компании и вправду никто не обратил внимания. Портье безропотно выдал ключи, не спросив наших документов. Показалось или нет, но он посмотрел на меня с едва уловимой жалостью. Каких только злачных пристанищ не найдешь в современной столице. И никого уже не удивишь ни развратом, ни убийствами, ни международными заговорами.
— О-о-о! Давай же, давай! — заголосила за стеной бьющаяся в экстазе баба. Она честно отрабатывала свои деньги, мужики вторили ей таким сладким эхом, что мы все невольно замерли.
— Черт возьми! — выругался Гришка. — Чтоб их!
— Не обращайте внимания, коллега, — махнул рукой Потапов, — разврат — не худшее из зол. Я думаю, у нас есть как минимум часа два для того, чтобы спланировать дальнейшие действия, но для начала я должен рассказать вам одну предысторию.
Как я понимаю, вы уже тоже знаете о школе. Я о чем-то подобном начал подозревать около года назад. Три моих сотрудника проявили чудовищный непрофессионализм. Вследствие их ошибок погибли два
