Сезон солнца

мужа, но сам он ей не был нужен, потому что стар и немощен. Она хотела избавиться от больного, но сохранить его состояние.
Половина из сказанного была правдой, и Зарабет чувствовала, что неудержимо краснеет под пристальным взглядом короля. Она взяла себя в руки и уверенно ответила:
– Спросите Арнульфа о последней воле моего мужа. Олав оставил мне все свое имущество, потому что не испытывал больше отцовских чувств к Кейту. Именно поэтому они с Токи решили обвинить меня. Смерть Олава – это их рук дело! Больше никому это не было выгодно! Они хотят отнять у меня с сестрой то, что принадлежит нам по праву!
Король сурово посмотрел на Зарабет и повысил голос, тон которого поразил ее резкостью и суровостью:
– Я слышал, что ты собиралась бежать с викингом, молодым, здоровым и сильным мужчиной, но передумала, когда Олав сделал тебе предложение. Ты решила остаться и прибрать к рукам его богатство. Тебе не хотелось упускать такой случай. Еще бы, ведь это куда соблазнительнее, чем отправляться на чужбину нищей!
– Это не правда! Кто вам сказал это?
– Придержи язык, глупая женщина! – крикнул Арнульф и схватил ее за руку.
– Оставь! – взмахнул король унизанной кольцами и браслетами рукой. – Не волнуйся, наш добрый Арнульф. Она вправе узнать доказательства своей вины. Может быть, тогда раскается и попросит пощады. Так вот, дитя мое, мне сказал это человек, которого ты сначала обнадежила, а потом жестоко отвергла, понимая, что Олав сможет дать тебе больше, нежели он. Магнус Харальдсон сказал мне, что ты вероломная, корыстная женщина, соблазняла его, чтобы вызвать у Олава ревность и вынудить поскорее жениться на тебе. Поэтому ты и отказала этому достойному викингу. Так вот, твой расчет оказался неверным. Имущество Олава перейдет к Кейту, который имеет на него больше прав, чем молодая жена, вышедшая замуж из корысти и отвергнувшая благородного юношу на глазах у всего Иорка, чтобы посильнее унизить его.
Зарабет утратила дар речи, потому что в этот момент из-за портьеры за королевским троном вышел… Магнус Харальдсон и почтительно встал по правую руку от короля.
Викинг смотрел на нее с холодным презрением, сердце его переполняла ненависть и жажда мщения. В первый миг у Зарабет вспыхнула искра надежды на спасение, но она тут же погасла: Магнус не станет защищать ее перед королем, если сказал такое про нее.
– Это не правда, – еле слышно прошептала Зарабет.
– Говори, у тебя есть последний шанс оправдаться, перед тем как я вынесу приговор!
– Олав заставил меня отказать Магнусу! Я сделала это не по своей воле!
– Как же он тебя заставил?
– Он угрожал мне, я клянусь! Отчим сказал, что в противном случае убьет Лотти.
– Это ложь, бессовестная ложь! – воскликнул Кейт. – Отец любил свою дочь и заботился о ней. Он покупал ей игрушки и засыпал подарками. Зарабет убила его, а теперь пытается выкрутиться! Мой отец был святым человеком и никогда не смог бы причинить вреда ребенку!
Король задумался, принимая решение. Затем медленно повернулся к Магнусу и что-то сказал ему вполголоса. Зарабет замерла от страха и напряжения, увидев, как Магнус склонился к уху короля, прошептал несколько слов, затем выпрямился и равнодушно взглянул на нее. Его лицо напоминало каменную маску. Только когда король поднялся и, указывая перстом на обвиняемую, заговорил, на губах викинга появилась злая усмешка.
– За убийство тебя следовало бы покарать смертью, – сказал Гутрум. – Но Магнус Харальдсон, великодушный и благородный человек, переубедил меня. Ты, Зарабет, могла бы стать его женой, жить в достатке и почестях, а теперь будешь его рабыней. Отныне твоя жизнь в его распоряжении. Если он захочет, то может убить тебя и за малейшую провинность будет наказывать тебя плетью. Он – твой господин. Отправляйся с ним и никогда больше не возвращайся в Иорк, ибо здесь тебя ждет смерть.
– Нет, – беззвучно вымолвила Зарабет. – Нет.
Она опустила голову и не в силах была поднять глаза на Магнуса, который, презрительно усмехаясь, направлялся к ней царственной походкой.

Магнус наблюдал за ней из-за портьеры. Сердце его разрывалось от боли. Но чем дольше он смотрел на Зарабет, тем отчетливее понимал, что боль уступает место злобе. Зарабет держалась с достоинством, несмотря на то что платье ее было грязно и разорвано на плече там, где должна крепиться брошь, а к волосам давно не прикасался гребень.
Магнус тосковал по Зарабет. Думал о ней долгими ночами, ощущал ее рядом с собой, шептал ее имя, чувствовал тепло ее кожи и аромат рыжих волос. Эта женщина полностью завладела его мыслями,