Третья книга цикла. Я просто искал новую, интересную игрушку с погружением в фэнтезийном сеттинге. Ну, вы знаете — грудастые эльфийки с точеной фигуркой, бородатые гномы с огромными рунными молотами и все такое, но окунувшись в Сферу я пережил то, что полностью и бесповоротно изменило мою жизнь.
Авторы: Светлый Александр
не имею права пропустить этих ребят мимо себя.
Этот отряд ехал из Кинвала. Я запомнил цвета герба по столбам на границе провинции и на дверях похищенной мной из замка кареты. В моей голове включилась тревожная логическая цепочка. Если я сейчас нырну в пшеницу, эти ребята скоро доберутся до Руиза. На заставе они уже выяснили, что одна из беглянок была в мантии огненного мага. Преследователи расспросят в Руизе всех владельцев гостиниц про магессу в желто-красной мантии. Меня не найдут, но зато найдут Виолетту. Зря я выпендривался при её заселении мантией. Не подумал головой, как следует. Связать меня с ней не составит труда. Других магов в Руизе я так и не встретил, а значит, они действительно редкость и Виолетта теперь в опасности.
Действуя интуитивно, я швырнул на дорогу перед собой «Зыбучие пески». Так как было неизвестно, что предпримут другие всадники, когда их товарищи упадут в яму, я не стал уходить под купол «силового поля», а отошел на десять шагов назад и кинул перед собой еще одну ловушку.
Заметив на дороге мага, всадники немного сбавили скорость и стали озираться по сторонам в поисках засады. Зря они полностью не остановились. Проскакав еще тридцать-сорок метров, первая пара всадников нырнула в яму с лошадьми и ушла туда с головой. Вторая пара всадников не успела среагировать и повалилась за ними вслед, но не так глубоко. Началась суматоха. Остальной отряд всадников рассеялся, объезжая ловушку по краям. Один из них слишком рано вернулся на дорогу и нырнул в следующую ловушку. В этот раз лошадь попала в яму лишь одной ногой и рухнула на бок, утапливая вместе с собой и всадника на спине. Карета остановилась и оставшиеся пятеро всадников вернулись к ней, ожидая нападения с тыла.
Ну, что же, я добился, чего хотел. Сейчас они застрянут тут надолго, извлекая из ям тела товарищей. С такими потерями они уже не смогут эффективно проводить в Руизе поиски, да и не будут скакать дальше на полной скорости, опасаясь других ловушек. В идеале, вообще повернут назад. Я решил не рисковать и отойти в пшеницу, пока меня не сняли с арбалета или не надели на копья. Эффект неожиданности я уже использовал. Дальше на него рассчитывать не стоило.
Почему-то решив, что меня надо преследовать, трое всадников кинулись за мной в погоню. Одного я бы легко снял на подходе «замедлением», но троих уже точно нет. Понимая, что разрыв между нами резко сокращается, я ушел за «силовое поле» и уже из-за него кастонул «замедление» на лошадь ближайшего из преследователей. Потерявшая на скаку задние копыта, лошадь рухнула на правый бок, ломая своим весом ноги своему наезднику. Один из преследователей, решил поразить меня в полупрозрачном куполе копьем и вылетел из седла, врезавшись концом копья в непроницаемую стену.
Мужчина упал на спину, и пока он не поднялся на ноги, я раскрыл под ним ловушку «зыбучего песка». Оставшийся в седле всадник решил развернуться и отступить, и на последних метрах радиуса действия заклинания, я подсек его лошадь, кастонув в спину еще одно «замедление». Этому воину повезло меньше других. Двигаясь по инерции, лошадь кувыркнулась через себя, сначала ткнув своего наездника головой в землю, а потом еще прихлопнув сверху своим же задом.
После этого я вздохнул с облегчением. Моя защита прошла проверку и показала себя с лучшей стороны. Я ликовал. С моей корявой магией одержать такую быструю и легкую победу — было огромной удачей. Как ни странно, бравые воины, увидевшие быструю расправу над своими товарищами, решили не подвергать свою жизнь опасности и резко отступили назад, оставить карету без охраны. Увидев бегство стражей, кучер также соскочил со своего сидения и рванул в пшеничное поле, но в противоположную от меня сторону. Я не мог двигаться, пойманный в ловушку собственной защитной магии. Прятавшийся в карете пассажир не торопился показываться наружу.
