Любовь побеждает всегда? Нет, она только мешает тому, кто способен любить. Зато превосходно играет на руку тем, кто умеет пользоваться чужими слабостями. Кассандра попала в мир демонов и знает – тут не прощают ошибок. Это жестокий мир. Мир тонких интриг, искусных ловушек и бесконечных подлостей. Но она очень-очень хочет жить. Поэтому ей придется либо погибнуть, либо научиться играть по местным правилам. Однако сможет ли девушка обыграть тех, кто за тысячи лет в совершенстве научился обманывать и изворачиваться? Сможет ли обыграть того, единственного, кого любит всем сердцем?
Авторы: Алексина Алена
что хочутебя укусить. И ты не возразила. Во-вторых, я не пожелал, чтобы ты принимала чей-то облик по той причине, что мне больше нравится иметь реальную женщину, а не какой-то поддельный образ. И я об этом честно тебя предупредил. В-третьих, я не причинил тебе боли потому, что в этом не было необходимости – ты и так делала все, что я хотел.
Лицо Натэли из серого стало черным. Глаза как будто умерли. И в глубине зрачков поселилась безжизненная пустыня. Дура. ДУ-РА. И теперь уже ничего не изменить. Ее обманули. Раскусили и обманули. Но и в этом есть плюс. По крайней мере, других ошибок уже не наплодить. Так плохо легкомысленной вертихвостке не было никогда в жизни. Хотелось умереть. Хотелось повернуть время вспять и на том последнем, приснопамятном для нее соревновании вонзить проклятый меч в живот, да еще и провернуть, чтобы уж наверняка…
Но увы. Время вспять не поворачивалось, а изощренный мучитель не собирался отпускать попавшуюся на крючок невольницу. По-прежнему удерживая ее руки, Фрэйно продолжил:
– Однако это еще не все, мой нежный Персик, – сказал он спокойным и ровным голосом. – Тебе нужно понять кое-что, прежде чем… начнется твоя новая жизнь. – Говоривший сделал паузу и заглянул в синие полные слез глаза. – Во-первых, если бы ты не согласилась, чтобы я тебя кусал, я бы этого не сделал. Во-вторых, я не прошу тебя принять чей-то облик просто потому, что хочу прикасаться именно к тебе, а не к кому-то другому. В-третьих, я никогда не причиню тебе боли, если только ты сама меня не вынудишь. В общем, я хотя и не умею любить, но могу не причинять страданий.
С этими словами он отпустил ее руки и спокойно смотрел, как на бледное лицо возвращаются краски, как оживает и наливается голодом и гневом взгляд. О, как интересно было за ней наблюдать!
– Ненавижу тебя!!! – Суккуб вцепилась в широкие плечи и встряхнула. – Ненавижу!
Ее запястья оказались вновь перехвачены.
– Персик, не наглей, я твой хозяин. Ты должна быть почтительной и покорной.
– Я?!
Собеседник засмеялся, на этот раз над тем, как много противоречивых чувств она вложила в это короткое слово. Его Персик – смиренный и покладистый? Это будет чушь. Фрэйно сгреб вырывающуюся рабыню в охапку и подмял под себя.
– Ненавижу… – задыхаясь, шептала она и, наконец высвободив руки, притянула мужчину к себе за затылок. – Ненавижу…
– Уверена? – шепнул он, щекоча дыханием мочку уха.
И от этого негромкого мягкого голоса по коже строптивицы побежали мурашки.
– Люблю тебя!
…Натэль медленно одевалась, демон наблюдал, приподнявшись на локте.
– Ты куда собралась?
Она посмотрела с недоумением:
– Домой…
– Персик, – он рухнул обратно на диван, – ты красивая. А уж отдаваться умеешь с полным знанием дела. Но при этом ты непроходимо бестолковая.
Невольница хлопнула глазами, и демон растолковал, видя, что без объяснений она ничего не поймет:
– У тебя есть хозяин. Я. Ты никуда отсюда не уйдешь. И брось эти тряпки.
Суккуб сразу же разжала руки, подчиняясь, но уже через мгновение вспыхнула и подхватила одежду снова.
– А если Тирэн…
– Натэль! – В голосе впервые зазвучала сталь. – Отныне ты живешь здесь. У тебя есть господин. Поэтому ни Тирэн, ни Амон, ни даже все левхойты разом не посмеют тебе что-то предъявить. Вот над чем я бы на твоем месте подумал. Всерьез. Потому что твои походы за приключениями прекратились. Мало того, мой сладкий Персик, теперь никто тебя и коснуться не сможет без моего на то разрешения.
Он понизил голос, наблюдая за ее реакцией. Девчонка не подкачала. Покраснела и задумалась.
– А разве ты не разрешишь? – вдруг спросила она совершенно неожиданное.
– Что?
– Ну, ты же будешь позволять ко мне прикоснуться?
Мужчина посмотрел на нее долгим взглядом:
– А зачем мне это?
Она пожала плечами:
– За какую-нибудь выгоду…
Фрэйно закрыл глаза и лениво сказал:
– Если это намек на то, чтобы я тебя освободил, то даже не надейся. Я очень постоянен. И своим не делюсь. Даже из корысти.
Нат стояла и пыталась осознать свои эмоции. Что значит – постоянен? То есть он будет… верен? Так не бывает! Она опустилась рядом и царапнула его плечо. Демон открыл глаза. Любопытная хотела поинтересоваться о постоянстве, но внезапно испугалась получить не тот ответ, который сама себе вообразила, и потому спросила совершенно другое:
– А есть ли условие, при котором ты дашь мне свободу?
Он кивнул и сказал:
– Безусловно. Родишь мне дочь, сразу отпущу.
– И… я смогу уйти?
«Бестолковый Персик, конечно НЕТ». Но хозяин не собирался делиться этим ответом, поэтому лишь слегка вскинул бровь,
