Шах королю

привыкая к неистовому биению сердца, устроился поудобнее и кинул мимолетный взгляд на широкий браслет, охватывающий запястье. Улыбнулся. Закрыл глаза. И снова растворился в тишине и мраке подземелья. Скоро придет очередной посетитель. И свергнутый квардинг снова знал, кто это будет.
– Ты ждал меня?
Лишенный эмоций голос Динаса вырвал из полудремы.
– Да, – ответил пленник.
– И знаешь, с какой целью я пришел?
– Да.
Короткие вопросы. Короткие ответы. Эти двое прекрасно понимали друг друга. Речь всего-навсего шла о том, что заключенный отправится к месту проведения ритуала, чтобы стать свидетелем и частично участником действа. Да, Амон и оракул могли говорить, не рассыпая лишних слов, но это не значило, будто старый колдун знал, что́ на уме у сына бывшего правителя Ада. Хм… Бывший правитель, бывший военачальник, бывшая ниида, бывший «ребенок» – не очень-то удачно складывались последние месяцы для Амона и его близких.
Но вот беда, несмотря на всю эту более чем мрачную последовательность событий, не получалось у древнего прорицателя читать мысли казалось бы сломленного узника. Динас мог проникнуть всюду и был убежден, что достиг предела магических способностей, отпущенных существам этого мира. Однако сия непоколебимая уверенность с треском разбилась о глухую стену, коей оказался отпрыск Мактиана.
В размышления изменника колдун проникнуть не мог, как ни пытался. Яростный натиск не встречал на пути ничего: ни преград, ни сопротивления, ни… мыслей. Как будто сознание узника являло собой черную бездну, способную бесследно поглотить любую силу и любую магию. Тщетные попытки узнать, что творится в голове заговорщика, так и закончились ничем, поэтому озадаченный оракул отбросил их и задумчиво спросил:
– Почему ты не ушел? Эти цепи – лишь дань традициям, и сбросить их просто. Для тебя просто, – уточнил он напоследок.
– Зачем? – не считая нужным скрывать правду, ответил вопросом на вопрос демон.
– Ты нарушил законы. Ты предатель, отступник, а значит, будешь наказан. Неужели наш властный самолюбивый квардинг с рабским смирением примет возмездие?
– Я уже не квардинг, ведь так? – заметил обвиняемый, но глаза на миг полыхнули желтым огнем.
– А чего ты ждал? Твой сотник является ко мне и говорит, что рабыня Амона, оказывается, понесла. Мало того, хозяин собирается отправить ее обратно. Да еще ко всему она чувствуети вот-вот, согласно замыслу все того же интригана, ляжет на алтарь для снятия проклятия. Мне нужно было похвалить тебя?
Во время этой отповеди оракул вдруг с удивлением понял, что… начинает злиться. Старый Зверь внутри сердито заворочался, просыпаясь. Чувства. Он был лишен их гнета почти полторы тысячи лет и сейчас меньше всего жаждал возвращения.
– А мне нужно было отдать беременную нииду тебе? – отвлек его от непрошеных мыслей вопрос пленника. – Я своим не делюсь, Динас. А она – моя. И только моя.
– Ненадолго, – покачал головой провидец, с трудом возвращая привычное самообладание. – Что бы ты ни говорил, Амон, со мнойтебе не справиться. Особенно сейчас. Я сильнее. Всегда буду сильнее. Сильнее любого демона, а уж об ангелах и говорить не стоит. Что же касается неизвестного колдуна, имя которого ты знаешь, но не называешь…
Коричневые губы прорицателя на миг сошлись в тонкую линию.
– Да, сил в нем много. Но нет ни знаний, ни умений, чтобы этими силами распорядиться. Ты же воин. Был воином. И знаешь, что меч – оружие грозное. Но только в руках умелого ратника. Для любого другого это только лишь остро отточенная железяка, которой запросто можно отрубить ногу самому себе.
Сидящий за решеткой усмехнулся такой речистости и сказал:
– Я знаю. И да, у нашего колдуна против тебя нет шансов, но все же… – Заключенный встал, повел затекшими плечами и, остановившись напротив собеседника, подытожил: – Ты так и не догадался, а значит, ты не всесилен.
– Посмотрим. – Оракул сверкнул глазами и отступил на шаг от железной двери. – Я устрою тебя в первом ряду, щенок. Ты не пропустишь ни мгновения предстоящего действа. Ни единой подробности. У тебя была возможность сбежать, но ты остался, значит, тебе интересно. Посмотришь на свою девку. На ритуал. А потом решим, как именно тебя наказать.
Бывший квардинг никак не отреагировал на эти обещания. Лишнее. Вернувшись на скамью, демон вновь прикрыл глаза, настроившись на ожидание. Он не собирался говорить с Кэсс, хотя теперь, когда их больше не разделяли пространства и миры, она могла бы его услышать. Нет. Нужно исключить любую, даже самую незначительную вероятность того, что его связь с ниидой станет известна старому колдуну. Поэтому пленник сосредоточился,