Любовь побеждает всегда? Нет, она только мешает тому, кто способен любить. Зато превосходно играет на руку тем, кто умеет пользоваться чужими слабостями. Кассандра попала в мир демонов и знает – тут не прощают ошибок. Это жестокий мир. Мир тонких интриг, искусных ловушек и бесконечных подлостей. Но она очень-очень хочет жить. Поэтому ей придется либо погибнуть, либо научиться играть по местным правилам. Однако сможет ли девушка обыграть тех, кто за тысячи лет в совершенстве научился обманывать и изворачиваться? Сможет ли обыграть того, единственного, кого любит всем сердцем?
Авторы: Алексина Алена
– А что такое henba?
– Потом расскажу. – Мужчина смерил собеседницу задумчивым взглядом и спросил, меняя тему разговора: – По Феньке соскучилась?
Девушку затопило чувство вины. Она соскочила с кровати и вдруг согнулась от острой боли в животе. На крик не хватало сил. Мука была столь сильна, что не получалось даже сделать вздох. В висках стучало, перед глазами стало черным-черно, а во рту солоно. Но вот горячая рука легла между лопаток, и в тело потекла исцеляющая магия. Дышать стало легче, боль уже не казалась такой одуряющей.
– Кэсс…
Несчастная на миг уткнулась в твердое плечо, а потом жалко улыбнулась и посмотрела в звериные глаза. Она видела – он переживал.
– Это последствия моей смерти? – мягко спросила ниида, делая вид, что приступ ее совсем не испугал.
– Может быть. – Амон помолчал, а потом поднял ее на ноги. – Сейчас все в порядке?
– Да.
Какое-то время он изучал ее, между бровей пролегла глубокая складка. Один день, и она опять в синяках. Не держать же ее постоянно в постели!
– Если к козе идешь, переодевайся. – Квардинг нахмурился. – На тебя одежды не напасешься.
– Потому что кто-то постоянно ее рвет, – напомнила Кассандра, вытирая лицо полотенцем.
Это сварливое бурчание делало демона так похожим на человека! Он словно пенял жене на то, что у нее слишком обширный гардероб. Жене… руки застыли, в груди похолодело. О чем ты, дурочка? Приди в себя! На сколько тебя хватит? На десять, максимум – пятнадцать лет. А потом все. То, что для тебя целая жизнь, для него лишь вдох. Девушка с самозабвением мазохиста поворачивала нож в ране своей души. И какая-то из красавиц Ада станет его женой, будет делить с ним ложе, обнимать…
– Прекрати!
По лицу Амона ходили тени. В глазах разверзлась бездна.
– Никогда. Больше. Не думай. Об этом, – отчеканил он. – Поняла?
– Но это правда. – Упрямица опустила глаза и провела пальцем по черному ободку браслета.
– Мне повторить?
Рабыня покачала головой, возводя в мыслях стену. Она не могла не думать о будущем, но злить хозяина не хотелось.
До Феньки они домчались едва не за несколько вдохов. Демон молча втолкнул спутницу в конюшню – угрюмый, недовольный. Но и в конюшне Кэсс тоже не были рады. Коза, увидев хозяйку, кинулась было к ней, но потом остановилась, демонстративно отвернулась и потрусила в другой угол, где и стала, отвернувшись к стене. Пристыженная обладательница парнокопытного вздохнула.
– Не знаю, когда вернусь. Не жди, – буркнул от дверей квардинг. – С тобой останется страж.
– Куда ты?
– Сделать то, что отложил из-за твоего исчезновения.
– А…
– Это не твое дело. Слушайся телохранителя, и никаких выходок.
– Я хочу, чтобы вернулся Фрэйно. Можно? – тихо попросила она.
– Нет. Он в столице, в человеческом облике, и я еще не решил, что с ним делать. Забота о моей нииде стала занимать слишком много места в его мыслях. Да и ниида к нему… очень уж привязалась.
– Но в этом нет ничего предосудительного, он… он мне как старший брат! – выпалила Кассандра.
Ответом ей стала зловещая тишина. Наконец Амон напомнил обманчиво равнодушным голосом:
– У нас с ним разница в возрасте – четыреста восемьдесят три года.
– Правда? – Девушка отступила поближе к Феньке.
– Да. И кто тогда для тебя я? Притом что тебе всего двадцать один? Отец?!
– Ну… скорее прапрапрапрадед. Но тогда ты должен быть слабым и немощным, – необдуманно ляпнула рабыня и вздрогнула, когда хозяин врезал кулаком по дверному косяку.
Иссохшая доска затрещала.
– Что?!
Человечка втянула голову в плечи, и с тоской посмотрела на выход, который загораживал демон. Ее убьют прямо на глазах у козы…
Предводитель адова воинства стиснул зубы. Быть спокойным не получалось. Когда эта красноволосая девчонка делает все, чтобы вывести его из себя, то, скорее всего, она своего добьется. И сейчас в груди клокотала ярость. Брат… Только вот навряд ли чувства, которые Фрэйно питал к Кэсс, были братскими. А уж ее фраза о… Он с трудом сдержался, чтобы не продемонстрировать ей прямо здесь, насколько «слаб и немощен». Не сейчас. Когда вернется. Демон молча пошел прочь.
– Амон! – виновато окликнула невольница.
– Что? – Он остановился, но не обернулся.
– Я не считаю тебя старым.
«Я люблю тебя».
Зверь довольно зарычал, успокаиваясь.
– Знаю. Долго не сиди, – бросил он через плечо и оставил девушку мириться с козой.
От стены конюшни отлепился Герд.
– Мой квардинг.
– Охраняй ее. Даже на шаг не отходи, – последовал приказ. – Если окажешься хотя бы вполовину так же хорош, как отец, будем
