Шахтер

на расстояние в двести километров от станции. Ближе этой зоны уходить в прыжок было запрещено. Диспетчер давал маршрут в сектор, откуда корабли разлетались по своим собственным маршрутам. Через минуту Егор на своём «Шахтёре» уже вошёл в сектор. Лада шла на главном двигателе.
— Егор, какие будут приказания?
— Подожди, смотрю сводку. Хотелось бы недалеко, но чтобы и народа было не много.
— Так как особых приоритетов нет, можно в девятый астероидный пояс. Этот пояс и координаты зафиксированы как наиболее частые пункты прыжков бывшего владельца корабля, — доложила Лада. — Там по сводке всего восемь кораблей шахтёров. Самое меньшее количество в секторе, который разрабатывает Неоген.
— Не возражаю, — по большому счёту Егору было всё равно, куда лететь.
— До выхода на прыжковую скорость две минуты, — доложила Лада. — В прыжковом режиме сорок минут. Через сорок две минуты будем в зоне девятого астероидного пояса.
— Принято, — Егор понял, что сорок с лишним минут делать будет особо нечего. — Я, пожалуй, освежу свои знания по навигации и добыче. Меня не отвлекать. Только в случае непредвиденных обстоятельств.
— Принято, — Лада смолкла.
Егор первый раз по-серьёзному занялся своей нейросетью, до этого как-то до неё не доходили руки. Первым делом он погрузился в транс, вернее, его подобие. Подробно изучил все сведения по управлению и настройке индивидуальной нейросети «Шахтёр-4М», под таким названием числилась у него его «Шахтёр-5МРЕ». Следовало понять, за что он отвалил такие деньги и что получил в итоге. Основное различие было только в этих двадцати девяти процентах, добавляемых к его интеллекту и двенадцати процентах к мощности нейросети, это относительно «Шахтёра-4М». Что это значило, Егор не понял. Нейросетей у него до этого не было. Сравнить было не с чем. Поэтому он занялся интерфейсом. Сначала убрал все настройки по умолчанию. Потом начал перебирать все предлагаемые вариации. «Шахтёр-5МРЕ» оказался вдруг достаточно приятным в управлении. Обычные опции: время, дата и прочее выстроились в небольшую колонку. При обращении мысленного внимания на каждую надпись приходила поясняющая мысль. Дальше — больше. Егор быстро обучился переходить между разделами. А их было пока не так и много. Это были базы знаний по конкретным предметам. Дальше шла настройка телефонной связи, защищённого выхода в сеть корпорации «Неоген», в общепланетарную сеть «Инфосеть». Более расширенными были сеть «Империя», а затем сеть «Содружество». Егор в эти все сети заходить не стал, но настройку произвёл. Далее он прошёл по сохранённым адресам торговых площадок на станции и планете. Пока эти отделы у него были пусты, но при первом же возвращении на станцию он решил по ним пройтись.
— Активирована опция «мыслесвязь». Искин Лада просит контакта, — прошло сообщение.
— Разрешаю.
— Через двадцать минут выходим из прыжка, — доложил искин.
— Хорошо. Лада, я так понимаю, мы можем общаться мысленно?
— Да, твоя нейросеть это позволяет.
— Как это делается?
— Создаются колебания в коротком диапазоне. Я их слышу через свои анализаторы состояния корабля и их систем. Возможен переход на ручное управление. Мысленное.
— Вот это да!
— Последняя фраза не несёт смысловой нагрузки.
— Забудь, — Егор теперь чётко понял, в чём отличие «Шахтёра-5».
— Что ещё возможно? — Задал вопрос он сам себе и тут же сообразил. Он мог в реальном времени видеть окружающий космос с помощью сканера корабля. В пределах разрешающей возможности сканера. Мощность нейросети позволяла тут же оптимизировать электронные изображения в зрительные. Егор попробовал обратиться к промышленному сканеру. Там тоже проблем не возникло. Модули были послушны, хотя он пока не мог просканировать пространство или астероид, они находились в прыжке. Свои возможности Егор уже осознал.
Можно было, спокойно занимаясь своими делами, к примеру, читать книгу, а в это время по умолчанию сканировать окружающее пространство бортовым сканером «Ютой» и одновременно заниматься сканом астероидов «Пробой-8». Мощности нейросети это позволяли. Понятно стало, почему на эту нейросеть стоял нижний порог по интеллекту. Теперь же Егор осознал, что реально интеллект у него поднялся. Это было видно по скорости, с какой он успевал прорабатывать знания из базы по шахтёрскому делу.
— Да, теперь понятно, почему местные считают изобретение нейросети одним из главных своих достижений, — мысленно согласился Егор. — Обалденная эффективность.
— Две минуты до выхода из прыжкового состояния, — доложила Лада.
— Всё, я пока завершаю самостоятельную работу, — решил Егор. —