Инвалиду-колясочнику выпадает шанс начать новую жизнь и заново научиться ходить. Андрей узнает, что икона подаренная ему матерью, ни что иное как портал во времени и пространстве. Получив лечение в после ядерном будущем, Андрей решает остаться там и помогать ученым становить на ноги таких как он.
Авторы: Сарматов Макар Владимирович
тушка моя правда побаливает, но это мелочи.
— Есть не хочешь?
— Я завтракал, манной каши две тарелки съел. Но, от чая не откажусь.
— Кстати, а ты в кубрике обустроился? У тебя там всё приготовили?
— Да вроде всё, что надо было, а что?
— Чайник есть?
— А это, есть, конечно, и заварка Цейлонская найдется.
— Пожрать найдется?
— Ты чего? Не завтракал?
— Не успел, я вообще еле проснулся, проспал четырнадцать часов и ещё бы, наверное, дрых, если бы Лариса не разбудила.
— Ну, это не проблема, насколько я помню, у меня в холодильнике, есть масло и баночка красной икры. Сделаешь себе бутербродов. Кстати и пряники должны быть, самый раз к чаю.
— Ты мне жизнь Боря спасаешь, а то у меня желудок к спине уже прилипать начинает.
— Да ладно, на истощенного ты не похож.
— Ты меня просто сытым не видел, сразу бы разницу почувствовал. Кстати, какие прогнозы от докторов?
— Самые оптимистические, говорят, через неделю уже ходить буду.
— Не веришь? Здесь если говорят, то обязательно будешь. Это не наша медицина, здесь люди серьёзно подходят к работе, и знают что говорят.
Они оказались у двери в кубрик Назарова, и Андрюха попросил у него ключ. Борис снял с шеи ключ карту на цепочке и передал Беляеву, тот провел по электронному замку ключом, щелкнул магнитный замок и дверь распахнулась. Кубрик был точной копией его собственного и, вкатив Бориса внутрь, Андрей принялся за дело. Нашел чайник, налил в него воды и включил в розетку. Потом пошарил в холодильнике, достал масло и икру. В хлебнице, нашелся слегка обветренный батон. Отрезал от него три куска и сел намазывать масло.
— Борь, а у тебя заварочный чайник есть?
— Вон там в шкафчике. А на полке, вон вверху, стоит банка с чаем.
— Отлично, разберемся, кстати, я на тебя один бутерброд делаю.
— Да я вроде не хочу.
— Аппетит приходит во время еды, не съешь, я с ним разделаюсь. Борь, кто твоя медсестра?
— В каком смысле?
— Ну, кто будет с тобой заниматься реабилитацией?
— А это, вроде Света должна, не знаю.
— Хорошая девушка, обрати на нее внимание.
— Мне Лена больше понравилась.
— Ха, ну и раскатал ты губу, у Лены есть муж. Твой куратор Николай, так что лучше не надо, можно и по мордасам схлопотать, или по законам бункера наказание получишь.
— Что? Так строго?
— Борис, здесь другие устои, женщины все серьёзные, семейные отношения это абсолют. Так что, на чужой корешок — не разевай роток. И учти, здесь не получится, «по-матросил и бросил», в постель не попадешь, если нет серьёзных намерений, жениться. Моральные устои блюдутся, и вольная жизнь не приветствуется.
— Понятно, но я пока повременю, здесь я видел много девушек, так что выбор есть.
— Дело твое. Ну, вот и бутеры готовы, а где пряники хранишь?
— Вон в том шкафчике найдешь.
— Ага, тут и тарелки есть, сейчас всё приготовлю и чай заварю.
Чай пили не торопясь, он получился душистым и приятным, Андрей набил желудок бутербродами, проглотил все три и ещё пару пряников до кучи. Пока пили, разговаривали ни о чем, Беляев ставил в курс нового товарища на счет житья в бункере. А когда закончили с чаепитием, Андрей спросил:
— Ты не устал? Помнишь, о чем вчера говорили?
— Это на счет гостя? Помню.
— Ну и как? Готов?
— Прямо сейчас?
— А чего тянуть, он взаперти уже третьи сутки, надо решать проблему.
— Хорошо, поехали, только давай уточним, что от меня требуется?
— Едем поговорить с ним, я буду беседовать. Твоя задача наблюдать за его реакцией, и понять, что он говорит, правду или ложь.
— А я могу задавать уточняющие вопросы?
— Разумеется.
— Тогда поехали, глянем, что за субчик к вам в гости пришел.
Андрей взял коляску за ручки и направил Бориса к выходу.
— Субчик ещё тот, я тебе по дороге вкратце расскажу кто он такой. В общем, это мой старый знакомый, мы сталкивались с ним не один раз. Он американец, хорошо говорит по-русски, не отличишь, ни какого акцента, ни чего необычного, разве только иногда, когда сильно волнуется ил и не знает какого либо слова. Насколько я понял, он из армейской разведки, твой коллега, но работает с ЦРУшниками. Он с группой охотился на бункерных бегунков в прошлое, с целью завладеет порталами. И им это удалось, один порт они отжали у молодой девчонки. Звать его Максим, по крайней мере, он мне так представился, на самом деле не знаю как его имя. А прибежал сюда, потому, что у них какая-то хрень творится, наверное, дележ власти в бункере. Впрочем, гадать не будем, сейчас сами всё и узнаем.
Они подъезжали к складу организованному под гауптвахту. Возле двери в каморку стоял один
