Шепот в песках

уже давно следовало понять, что вы вполне способны сами позаботиться и о дневнике, и о себе. В конце концов, вы ведь праправнучка Луизы Шелли!
Она вспомнила об этом позже, когда встретилась в баре с Сериной и они уютно устроились на диване в углу. Снаружи было уже темно. «Белая цапля» стояла у причала, от которого, насколько поняли участники круиза, можно было пешком добраться до храма в Ком-Омбо. Мало-помалу в баре собрались все пассажиры. Анна увидела Энди, сидящего на высоком табурете у стойки; рядом стояла Чарли, и оба громко разговаривали о чем-то с Джо и барменом.
– Ну, так рассказывайте об этих ваших странных ощущениях. – Серина со стаканом в руке откинулась на подушки. Какое-то мгновение она пристально изучала лицо Анны, потом перевела взгляд на Энди и его компанию, когда оттуда раздался особенно громкий взрыв смеха.
– Наверное, глупо говорить об этом всерьез, – пожала плечами Анна, – но кое-кто говорил мне, что вы интересуетесь разными вещами психического свойства.
– Психического свойства? – улыбнулась Серина. – Да, это уж точно. Это как-то связано с человеком, которого мы видели сегодня утром в Идфу?
– Ну, не то чтобы конкретно с ним… Это был реальный человек – как говорится, из плоти и крови. Но я почему-то занервничала. Он смотрел на нас, а меня здесь постоянно преследует чувство, что за мной следят. В общем-то ничего особенного… – Она замолчала, не зная, что и как сказать дальше.
– Начните с самого начала, Анна. По-моему, так всегда все становится гораздо яснее. – Все внимание Серины сейчас было направлено на собеседницу. – Совершенно ясно, что вы чем-то обеспокоены, а этого никак не должно быть в таком приятном путешествии.
– Вы ведь не умеете читать по-арабски?
Серина, засмеявшись, покачала головой.
– Боюсь, что нет.
– У меня в каюте есть один дневник…
– Да, я знаю. Дневник Луизы Шелли. – Увидев выражение лица Анны при этих словах, Серина снова рассмеялась. – Дорогая моя, наш пароход очень маленький, а нас здесь не так уж много. Вы же не надеялись, что это останется в тайне?
– Да нет, – растерянно пробормотала Анна. Ей вдруг вспомнилось предостережение Энди. – В общем, в этом дневнике описан такой эпизод: драгоман Луизы подарил ей маленький стеклянный флакончик. Он достался мне по наследству. А при флакончике имелся листок бумаги – он тоже у меня – с текстом по-арабски, в котором говорится, что этот флакончик был сделан еще во времена фараонов и что на нем лежит проклятие. Его первый хозяин, один из высших жрецов Древнего Египта, следует за ним… а еще следует некий злой дух, потому что во флакончике находится какое-то таинственное снадобье. Знаю, все это звучит смешно, это как будто история из какого-нибудь фильма ужасов, но это тревожит меня… – Она беспомощно умолкла.
– И этот флакончик тоже здесь, на пароходе? – Серина задала этот вопрос так тихо, что в общем шуме Анна едва расслышала его.
Она кивнула, испытывая облегчение оттого, что Серина не засмеялась.
– Я привезла его с собой. Уж лучше бы не привозила! Причем сама не знаю, зачем… Просто мне показалось, что будет правильным взять его с собой в Египет. Он у меня уже много лет. Я всегда считала его подделкой. Один антиквар, приятель моего бывшего мужа, сказал, что это подделка. И Энди тоже так думает.
– Энди Уотсон? – быстро переспросила Серина. – Что ему известно о флакончике? Ты показывала его ему?
– Он видел его вчера. Он говорит, что во времена королевы Виктории продавалась масса подделок – специально для легковерных туристов.
– Конечно, он прав, но вы не кажетесь мне легковерным человеком. И я уверена, что ни Луиза, ни ее драгоман тоже не были такими. Будем надеяться, что он был достаточно порядочным человеком. – Она помолчала. – И вы боитесь этого проклятия?
Это было не обвинение – просто констатация факта. С минуту Анна не отвечала, потом медленно пожала плечами.
– Я узнала о нем только прошлой ночью… – Анна прикусила губу и неловко рассмеялась. Но если быть совсем уж честной, оно начинает действовать мне на нервы. Еще до того, как я прочла обо всей этой истории, у меня было странное чувство, что за мной кто-то следит. Я начала нервничать, как только оказалась в Египте. Потом пару раз мне показалось, что кто-то трогал мои вещи – притом, что дверь была заперта и в каюте не могло быть никого. Я все время стараюсь убедить себя, что мне это приснилось, или это галлюцинации, или просто игра воображения… но… – Она снова умолкла.
– Давайте-ка разбираться с проблемами по очереди. Скажите мне точно, что именно написано на том листке – все, что вам известно. Насколько я понимаю, у вас есть и перевод? – Голос Серины по-прежнему звучал тихо, но теперь непривычно