Шепот в песках

и расстроенная, она взглянула на страницу дневника, заполненную рукописным текстом. Для Анны дневник был окном в другой мир. Причем в настоящий момент этот мир казался ей бесконечно соблазнительным и немного пугающим. Было гораздо приятнее рассматривать дневник, чем беспокоиться об этих двух мужчинах и их все более и более непредсказуемом поведении. Анна решила выбросить их из головы и стала готовиться ко сну.

Было очень рано. В предрассветных лучах солнца над Нилом неподвижно висели прозрачные облака. Луиза, укутавшись в шерстяную шаль, поднялась на палубу и подошла к корме парохода. Ей было видно, как несколько членов команды тщательно драят швабрами палубу и они так заняты своей работой, что, казалось, совершенно не замечают ее.
– Госпожа Луиза? – Хассан появился буквально через несколько мгновений. Он стоял босиком на прохладной деревянной обшивке палубы, и она не услышала, как он подошел.
Она обернулась к нему и улыбнулась. При звуке его голоса у нее екнуло сердце. За ними низко над водой парили две белые цапли, устремляясь вниз по течению реки. На стоящей неподалеку лодке-дахабее команда матросов готовилась поднять паруса. В свете раннего утра их яркая одежда выглядела особенно колоритно. Скоро взойдет солнце и с севера подует свежий ветер.
– Как вы себя чувствуете? Вам не страшно после того, что случилось вчера? – Голос Хассана был мрачен.
Она покачала головой.
– Я надеюсь, команда не очень огорчилась, что ее обыскали. Это не я придумала. Я знаю, что ни один человек на пароходе не взял бы этот мой флакон для благовоний. Особенно ты!
Он криво улыбнулся.
– Сэр Джон этого не знает. Среди матросов были недовольные, но я все уладил, не беспокойтесь. – На мгновение он остановил на ней свой взгляд. – Матросы говорят, что не было никаких речных пиратов. И не могло быть.
– Да, не могло. – Она отвернулась от него. – Как ты уже знаешь, флакон для благовоний благополучно нашелся. Он был в моей каюте, и я подозреваю, что он там все время и находился.
– А что это был за человек? – Хассан говорил так тихо, что она едва могла его слышать.
– Это был призрак. Моя рука прошла сквозь него.
Луиза посмотрела на Хассана и увидела, как он побледнел.
– Да будет Господь милостив к вам! – Он судорожно сглотнул. – Это был джинн?
– Жрец Древнего Египта. Это значит, что все, что мы прочли в тех бумагах, – правда. Ты подарил мне древнюю вещицу, которую, как оказалось, охраняет служитель одного из древних богов вашей страны. – Она бросила взгляд на реку. Туман рассеялся, и в некоторых местах вода стала голубой. – Что же мне делать, Хассан? Оставить этот флакон у себя? Отдать его лорду Кастэрсу, как он того хочет, или выбросить его в реку, чтобы Себек, бог-крокодил, смог вновь утащить его во тьму?
– Пусть будет так, как того пожелает Господь, госпожа Луиза. Inshallah!
– Но что конкретно будет в воле Божьей, Хассан? – Она, чувствуя озноб, покрепче укуталась в шаль.
Он только пожал плечами, и это было ответом на ее вопрос. Он просто не захотел отвечать и сменил тему разговора.
– Не желаете ли вы поехать сегодня на остров Филе? Вы смогли бы посмотреть на храм Исиды, который стоит у истоков катаракт?

Она покачала головой.
– Только не сегодня. Форрестеры могут подумать, что я избегаю их. Поедем лучше завтра. Если мы отправимся туда рано, никто не сможет предложить каких-то других планов и мы сможем провести там весь день.
Он согласно кивнул головой и поклонился.
– Я все устрою, госпожа Луиза.
Его прервал резкий голос за его спиной, от которого Луиза чуть не подпрыгнула на месте.
– Луиза! Что вы здесь делаете? Скорее идите сюда. Слуга уже приготовил нам завтрак! – В дверях салона стояла Августа.
Луиза повернулась к Хассану и тихо шепнула:
– Завтра.
Он снова поклонился.
– Пусть ваш день будет счастливым, госпожа Луиза.
Августа взяла Луизу за руку и повела ее к столу.
– Я убеждена, что Хассану должно быть стыдно за себя. Это же надо только допустить, чтобы кто-то смог проникнуть в вашу каюту! – Было видно, что события вчерашней ночи ее скорее раздражали, чем заставили как-то сопереживать. – Надеюсь, что впредь он не допустит ничего подобного!
– Хассан – мой драгоман, – мягко возразила Луиза. – И уж никак не мой телохранитель. Я абсолютно уверена, что он, как и другие члены команды, скорее умрет, чем позволит кому-либо нарушить наш покой. – Она на секунду остановилась, чтобы как-то унять возникшее у нее раздражение. Затем она сказала: – Завтра я опять возьму его с собой осмотреть храм на острове Филе. Я хотела бы