В этот увесистый том включены практически все произведения Артура Конан Дойла о жизни и трудовой деятельности Шерлока Холмса: три повести и 56 рассказов. Содержание: Этюд в багровых тонах Знак четырех Приключения Шерлока Холмса (сборник) Записки о Шерлоке Холмсе (сборник) Возвращение Шерлока Холмса (сборник) Собака Баскервилей Его прощальный поклон (сборник) Архив Шерлока Холмса (сборник)
Авторы: Конан Дойл Артур Игнатиус
Мы ушли от погони. Мы спасены.
На следующее утро, когда, позавтракав, мы курили свои трубки, в нашей скромной гостиной появился инспектор Лестрейд из Скотленд-Ярда. Вид у него был важный и многозначительный.
– Доброе утро, мистер Холмс, – произнес он, – доброе утро. Скажите, пожалуйста, вы сейчас очень заняты?
– Занят, но с удовольствием послушаю вас.
– Не могли бы вы помочь нам расследовать очень интересное дело, случившееся прошлой ночью в Хемстеде?
– Господи! – воскликнул Холмс. – Что там такое случилось?
– Убийство… Крайне драматическое и замечательное. Я знаю, как вы живо интересуетесь подобными делами, и был бы вам очень обязан, если бы вы доехали до Аплдор Тауэрс и помогли бы нам. Это – необычное преступление. Мы с некоторых пор следили за убитым. Между нами будь сказано, он был изрядный негодяй. У него в сейфе хранились компрометирующие бумаги, которые он использовал для шантажа. Все эти бумаги сожжены убийцами. Не похищено ни одного ценного предмета Надо полагать, что преступники – люди из общества. Они руководствовались, по-видимому, единственной целью – предотвратить общественную огласку.
– Преступников было несколько? – спросил Холмс.
– Двое. Их чуть-чуть не поймали на месте преступления. У нас есть отпечатки их следов, есть их описание; десять шансов против одного, что мы найдем их. Первый был очень проворен, второго садовнику удалось было схватить, но тот вырвался. Это был мужчина среднего роста, крепкого сложения, с широким лицом, толстой шеей, усами и в маске.
– Приметы неопределенные, – возразил Шерлок Холмс. – Вполне подойдут хотя бы к Уотсону
– Правда, подойдут, – улыбнулся инспектор, которому это показалось забавным. – Точь-в-точь Уотсон.
– Боюсь, что я не смогу вам помочь, Лестрейд, – сказал Холмс. – Дело в том, что я знал этого Милвертона и считаю его одним из самых опасных людей в Лондоне. По-моему, есть преступления, на которые не распространяется закон. Личная месть бывает иногда справедлива. Не надо спорить. Я решил твердо. Мои симпатии на стороне преступников, а не их жертвы. Я не возьмусь за это дело Холмс за все утро ни разу не обмолвился о трагедии, свидетелями которой мы были. Но я заметил, что он был крайне задумчив и рассеян, как человек, пытающийся что-то припомнить. Вдруг он вскочил со стула.
– Клянусь Юпитером, Уотсон, – воскликнул он, – я вспомнил! Берите шляпу! Идемте со мной!
Чуть не бегом мы прошли Бейкер-стрит, Оксфорд-стрит и остановились почти у самой площади Риджент-серкес. Тут, налево, есть окно магазина, в котором выставлены фотографии знаменитостей дня и известных красавиц. Глаза Холмса устремились на одну из них, и, следуя за его взглядом, я увидел портрет гордой красавицы в придворном платье и с высокой бриллиантовой диадемой на благородной голове. Я посмотрел на тонко очерченный нос, на густые брови, на прямой рот и сильный маленький подбородок. У меня остановилось дыхание, когда я прочел прославленное веками имя великого сановника и государственного деятеля, чьей женой она была. Мои глаза встретились с глазами Холмса. Мы отошли от окна, и он приложил палец к губам.
Мистер Лестрейд, сыщик из Скотленд-Ярда, нередко навещал нас по вечерам. Шерлок Холмс охотно принимал его. Лестрейд приносил всевозможные полицейские новости, а Холмс в благодарность за это выслушивал подробные рассказы о тех делах, которые были поручены сыщику, и как бы невзначай давал ему советы, черпая их из сокровищницы своего опыта и обширных познаний.
Но в этот вечер Лестрейд говорил только о погоде и о газетных известиях. Потом он вдруг умолк и стал задумчиво сдувать пепел с сигареты. Холмс пристально посмотрел на него.
– У вас есть для меня какое-то интересное дело?
– О нет, мистер Холмс, ничего интересного!
– В таком случае, расскажите.
Лестрейд рассмеялся:
– От вас ничего не скроешь, мистер Холмс. У меня действительно есть на примете один случай, но такой пустяковый, что я не хотел утруждать вас. Впрочем, пустяк-то пустяк, однако довольно странный пустяк, а я знаю, что вас особенно тянет ко всему необычному. Хотя, по правде сказать, это дело, скорее всего, должно бы занимать доктора Уотсона, а не нас с вами.
– Болезнь? – спросил я.
– Сумасшествие. И притом довольно странное сумасшествие. Трудно представить себе человека, который, живя в наше время, до такой степени ненавидит Наполеона Первого, что истребляет каждое его изображение, какое попадется на глаза.
Холмс откинулся на спинку кресла:
– Это дело не по моей части.
– Вот-вот,
