Шесть лет

помню тебя. Наверное, мне бы стоило быть вежливой и притвориться, что помню тебя и сказать: «О, конечно, ты и твоя девушка, которая любит булочки, как вы, ребята, поживаете?» Но я не буду так делать. Вот, твой кофе. Что-нибудь ещё?
Я вытащил визитку с моими номерами телефонов.
— Если что-нибудь вспомнишь…
— Что-нибудь ещё? — спросила она теперь резким тоном.
— Нет.
— Тогда с тебя доллар пятьдесят. Хорошего дня.

Сейчас я понял, что значит ощущение, будто за тобой следят.
Как я узнал? Интуиция, возможно. Мой спинной мозг почувствовал слежку. Я ощущал её в основном на физическом уровне. Ну, и плюс, одна и та же машина, серый фургон Шевроле с вермонтскими номерами, ехала за мной с тех пор, как я покинул Крафтборо.
Я не могу ручаться, но мне показалось, что на водителе была бордовая бейсболка.
Я не знал, что делать. Я попытался рассмотреть номера, но уже было слишком темно. Если я замедлялся, то он тоже. Если я ехал быстрее, то и он. Мне в голову пришла идея. Я остановился в зоне отдыха, чтобы посмотреть, что сделает мой хвост. Я увидел, что фургон замедлился, а потом поехал дальше. С этого момента, я больше не видел его.
Так что, возможно, за мой и не следили.
Я был в десяти минутах езды от Лэнфорда, когда раздался звонок. Мой телефон был связан с Блютуз автомобиля, чтобы выяснить, как это работает, у меня ушло много времени, так что я увидел на экране радио, что это была Шанта Ньюлин. Она обещала до конца дня дать мне адрес Натали. Я ответил на звонок, нажав кнопку на руле.
— Это Шанта, — сказала она.
— Ага, я знаю. У меня есть эта штуковина, которая определяет номер телефона.
— А я думала, что годы, проведённые в ФБР, сделали меня особенной, — сказала она. — Где ты?
— Возвращаюсь в Лэнфорд.
— Откуда?
— Это длинная история. Ты нашла её адрес?
— Поэтому я и звоню, — сказала Шанта. И я услышал что-то на заднем плане, похожее, мужской голос. — У меня пока его нет.
— Да? — сказал я, потому что, что ещё я мог сказать на это. — Возникла какая-то проблема?
— Мне нужно время до утра, хорошо?
— Конечно, — ответил я, а потом повторил. — Возникла какая-то проблема?
Далее последовала пауза, которая длилась чуть дольше положенного.
— Просто дай мне время до утра.
Она повесила трубку.
Какого чёрта?
Мне не понравился тон. Мне не понравился факт, что женщине, у которой огромные связи в ФБР, нужно время до утра, чтобы найти адрес обычной девушки. Мой смартфон зазвенел, сигнализируя, что получено новое сообщение на е-майл. Я не обратил на него внимание. Я не святоша, но я никогда не писал смс и писем за рулём. Два года назад студент Лэнфорда серьёзно пострадал из-за того, что писал смс за рулём. Восемнадцатилетняя девушка на пассажирском кресле и новичок на моём курсе Правопорядка погибли в аварии. Да и до этого, ещё до появления обилия информации об откровенной глупости, если не преступной халатности, переписки за рулём, я не был её поклонником. Мне нравится водить. Мне нравится одиночество и музыка. Несмотря на мои ранние опасения на счёт технологического уединения, мы должны чаще отключаться. Я понимаю, что говорю, как сварливый старикашка, но каждый раз я вижу, как сидящие за одним столом «друзья», переписываются с невидимыми людьми, что-то ищут, словно они постоянно в поиске чего-то получше, словно идёт вечная охота за более зелёной цифровой травкой, попытка учуять запах роз, которые где-то далеко за счёт тех, кто перед вами, но бывает крайне редко, чтобы я чувствовал себя больше в мире с собой, в большей гармонии, больше Дзен, если хотите, чем, когда я заставляю себя отключиться.
Я включил радио, настроил его на первую волну музыки восьмидесятых. В песне спрашивали, где нежность? Мне тоже интересно. Где нежность? Но ещё интереснее, где Натали?
Я начинал сходить с ума.
Я припарковался перед домом, я не называл его моим домом или моей квартирой, потому что он казался студенческим жилищем на кампусе, и был таковым. Опустилась ночь, но поскольку мы были студенческим городком, здесь была куча искусственной иллюминации. Я проверил почту и увидел, что новое сообщение от миссис Динсмор. Тема сообщения была: Личное дело студента, который вы запрашивали.
«Хорошая работа, секси,» — подумал я и кликнул на сообщение. Оно открылось полностью:
Насколько тщательно должен быть проработан файл «Личное дело студента, который вы запрашивали»?
Ясно, что ответ, нисколько.
Экран телефона был слишком маленьким, чтобы посмотреть прикреплённый файл, поэтому я поспешил войти и посмотреть его на ноутбуке.