Шесть лет

о том же.
Я свалился в постель в одежде и заснул одним из тех снов, когда ты не помнишь, как уснул и понятия не имеешь, сколько времени, когда просыпаешься. Когда наступило утро, я потянулся к тумбочке за телефоном, но вспомнил, что у меня, увы, его больше нет. Зато у полиции есть. Интересно, лазили ли они по нему? Посмотрели ли они все поисковые запросы, все сообщения, которые я отправил, все е-майлы, которые получил? Сделали ли они тоже с компьютером дома на кампусе? Если они получили ордер на отслеживание моего телефона, то нет причин, чтобы не получить ордер на обыск квартиры. Но и что тогда? Они не найдут там ничего криминального. Смущающее, может быть, но кто не искал в интернете чего-нибудь постыдного?
Голова по-прежнему болела. Очень сильно. От меня пахло, как от козла. Даже душ не поможет, если я не сменю одежду. Я прищурился от яркого утреннего солнца, прикрыв глаза рукой, как вампир или человек, который провёл в казино всю ночь. Мейбл была по-прежнему за стойкой.
— Вау, во сколько вы заканчиваете работать? — спросил я.
— Вы что решили приударить за мной?
— Эм, нет.
— Потому что вам не мешало бы привести себя в порядок перед тем, как сделать следующий шаг. У меня высокие требования.
— У вас не найдётся аспирина или Тайленола?
Мейбл нахмурилась, взяла сумочку и вытащила целый арсенал болеутоляющих: Тайленол, Адвил, Алив, Байер. Я выбрал Тайленол, выдавил две таблетки и поблагодарил её.
— В магазине дальше по дороге есть отдел для крупных людей, — сказала Мейбл. — Может быть, вы хотите купить новую одежду.
Хорошее предположение. Я отправился туда и купил джинсы и фланелевую рубашку, не забыв о нижнем белье. Так же я купил зубную щётку для путешественников, зубную пасту и дезодорант. В мои планы не входило оставаться в бегах долгое время, но в одну вещь всё-таки я хотел сделать до того, как сдамся властям.
Поговорить с сестрой Натали с глазу на глаз.
Последняя покупка: одноразовый телефон. Я позвонил Бенедикту на мобильный, домашний и рабочий телефон. Ни одни не отвечал. Вероятно, слишком рано для него. Я задумался, кого ещё набрать и решил позвонить Шанте. Она ответила на первом же гудке.
— Алло?
— Это Джейк.
— С какого номера телефона ты звонишь?
— Это одноразовый телефон.
Последовала пауза.
— Не хочешь рассказать, что происходит?
— Два вермонтских полицейских ищут меня.
— Зачем?
Я быстро объяснил.
— Подожди, — сказала Шанта. — Ты что сбежал от полицейских?
— Я не был уверен в благополучном исходе. Я думал, что эти люди могли меня убить.
— Так, сдайся сейчас.
— Прямо сейчас не могу.
— Джейк, послушай. Если ты в бегах, если правоохранительные органы ищут тебя…
— Мне просто сначала нужно кое-что сделать.
— Тебе нужно сдаться.
— Сдамся, но…
— Но что? Ты рехнулся?
Может быть.
— Эм, нет.
— Где ты, чёрт возьми?
Я ничего не ответил.
— Джейк? Это не игрушки. Где ты?
— Я перезвоню.
Я быстро отключился, злясь на себя. Звонок Шанте был ошибкой. Она друг, но в данном случае у неё есть другие обязательства и приоритеты.
Ладно, дыши глубоко. Что теперь?
Я позвонил сестре Натали.
— Алло?
Это была Джули. Я отключился. Она дома. Это-то мне и нужно было знать. Номер такси лежал на видном месте в моём номере. Догадываюсь, что многим людям не нравится приезжать и уезжать из «Честного мотеля» на своей машине. Я позвонил по номеру и вызвал такси к магазину. Я заскочил в мужской туалет, вымылся насколько позволила раковина и переоделся в новые шмотки.
Спустя пятьдесят минут я звонил в дверной звонок Джулии Поттам.
У неё была стеклянная дверь перед деревянной, таким образом, она могла открыть одну, посмотреть, кто там, и при этом оставаться за запертой стеклянной дверью. Когда Джули увидела, кто стоял на пороге, её глаза расширились, а дрожащая рука закрыла рот.
— Ты по-прежнему будешь притворяться, что не знаешь меня? — спросил я.
— Если ты не уйдёшь сейчас же, я вызову полицию.
— Зачем ты врала мне, Джули?
— Убирайся отсюда.
— Нет. Ты можешь вызвать полицейских, они уведут меня, но я вернусь. Или прослежу за тобой до работы. Или приду ночью. Я никуда не уйду, пока ты не ответишь на мои вопросы.
Глаза Джули метались туда-сюда. Её волосы были по-прежнему невзрачного коричневого цвета. Она не сильно изменилась за прошедшие шесть лет.
— Оставь мою сестру в покое. Она счастлива в браке.
— В браке с кем?
— Что?
— Тодд мёртв.
Это остановило её.
— О чём ты говоришь?
— Он убит.
Её глаза расширились.
— Что? О, Боже мой, что ты сделал?