Шестой уровень

этот ключ нам не так легко будет добыть. Оказывается, система опоясывает весь командный пункт. Когда ее ставили, она не приближалась к территории американцев. Но три года назад командный пункт расширили. И теперь двадцать метров системы попали за колючую проволоку. И поскольку мы с вами такие везунчики — как раз попал тот участок, где находится ключ.
   — Точно везунчики, — сказал Веня. — Так американцы давно его нашли.
   — Не думаю. Ты вообще что-нибудь слышал о современных системах подслушивания, скажем?
— Не-а, — простодушно признался Веня.
Немой кивнул на металлическую кружку, стоящую на столе:
   —  Вот тебе — запросто может быть резонатором. Наводится лазерный луч, и по колебанию стенок этой безобидной кружки можно легко услышать, что мы тут говорим.
Арматура в стенах, стекла на окнах, гвоздик обыкновенный, лампочка…
— Секретов не осталось? — язвительно уточнил Турецкий.
— Никаких, — резко качнул головой капитан.
   — А что нам искать-то? — развел руками Митяй. — Гвоздик? Или арматуру из стены будем выдирать?
   — Нет. — Капитан расстелил на столе карту города. Довольно внушительный кусок ее был окрашен голубым и по-английски предупреждал слишком любознательных туристов: «Закрытая зона. Достопримечательностей нет». — Вот это как раз неправда, — сказал Немой. — Есть тут одна примечательность — древний колодец. — Он ткнул ручкой в самый уголок голубой зоны. — Вот тут где-то.
— Я водолазный костюм не прихватил, — сказал Митяй.
   — А он нам не понадобится. На стене колодца маленькая табличка, вроде мемориальной. Эта табличка и есть наш ключ.
   — Все просто, — сказал Турецкий. — Мы, неразумные туристы, случайно забрели в запретную зону. И решили умыкнуть такой себе сувенир.
— Не «мы», — поправил Немой. — А ты.
   Решение, которое довольно неожиданно принял капитан, было верным. Турецкий отлично владел английским, был «кое-какой» опыт и диверсионной работы… Впрочем, этим преимущества ограничивались. Ни снаряжения, ни оборудования, ни слаженной команды «Пятого левела» у Турецкого здесь не было. А был забор из колючей проволоки с неприятными вертлявыми телекамерами наверху и с еще более неприятными датчиками движения, подключенными к проволоке.
   Военную форму можно было купить в магазине — хоть летчика, хоть пехотинца, хоть десантника, хоть рядового, хоть генерала. Но ничего этого покупать не пришлось. Американцы в форме по городу не шастали. Да, возможно, и на территории пункта ходили в штатском — это же до сих пор был большой секрет. Правда, как теперь оказалось — секрет Полишинеля.
Но тем сложнее была задача — проникнуть на территорию.
   Издали база выглядела довольно мирно. Сразу за проволокой начиналась голая, без единого кустика, местность, по которой гуляли парами крепкие ребята. Кстати, действительно в штатском.
— Как гомосеки, — отметил Митяй.
   Это была охрана. Турецкий не сомневался, что под куртками у ребят полное военное снаряжение — пистолет, автомат, пара гранат.
   Колодец — странное сооружение в виде маленькой пагоды — был виден невооруженным глазом. До него от проволоки было метров двадцать пять. Расспросив японца, Турецкий узнал, что латунная табличка прикручена крестообразными винтами. Он иногда грел ладонью в кармане купленную крепкую отвертку, но, как применить ее по назначению, пока что не знал.
   Решено было пробираться в зону ночью. Просто так привычнее, хотя сегодня — что ночь, что день: инфракрасные лучи сделали все невидимое видимым.
Главное было — преодолеть проволоку. А как?
— Есть какие-нибудь идеи? — спросил Турецкий ребят.
Те только пожали плечами. Никаких идей у них не было.
   —  Даже если мы выведем из строя телекамеру и датчик, как нам нейтрализовать охранников? — вслух рассуждал Турецкий. — Они всей кучей сбегутся именно к этому участку. Не протолкнешься.
— В куче легко затеряться, — сказал капитан. Турецкий посмотрел на него отсутствующим взглядом — план начал складываться…
   Японец заупрямился — ни в какую. Он ни за какие коврижки не включит подавитель. У него нет приказа, и вообще это опасно.
   —  Да может, он не работает! — подзуживал его Турецкий. — Надо же знать, что мы берем.
— Он работает!
   Японец говорил по-английски, и это облегчало переговоры.
   Немой уже в который раз стал повторять, что никакой опасности нет — никто ракеты не запускает, ну, самое страшное, что может произойти, приборы на командном пункте забарахлят. Так американцы их быстро приведут в порядок.
Нет, японец не был согласен все равно.
   —  Хорошо, — сказал в конце концов Турецкий, — Тогда