В водах Японского моря, у южной оконечности Сахалина, терпит бедствие российский танкер «Луч». Причина аварии непонятна, кроме всего прочего пропадает без вести капитан судна вместе с бортовыми документами. Вокруг «Луча» начинается непонятный ажиотаж: похоже, многие страны проявляют интерес к этому судну и его пропавшему капитану. На поиски капитана из Москвы в Японию отправляется группа разведчиков, в которую с особым заданием включен Александр Турецкий, оставивший службу в прокуратуре… А далее события начинают развиваться самым неожиданным образом…
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
Сейчас главное — вырваться».
Выскочив из каюты, они разбежались в разные, стороны, как и было приказано капитаном.
Турецкий взлетел в кабину вертолета и, ощутив непривычную дрожь в руках, запустил двигатель.
Увидел, как Венька появился из какого-то люка с… Кирюхой на руках. Следом вылез Немой. Они подбежали к вертолету и забрались в него.
— Здрасте-мордасте! Вы что, без меня смыться хотели?
Вот и называй вас после этого друзьями! — Кирюха улыбался сквозь гримасу боли.
Охи и ахи Александр решил оставить на потом.
— Дмитрий, Василий! Взлетаю
Ребята едва вскочили в кабину, как Александр потянул рычаг, и вертолет круто пошел вверх.
И сразу — выстрелы с палубы корабля.
Александр вертанул машину влево, потом вправо, потом нырнул вниз и тут же вверх. Через минуту они вышли из зоны обстрела.
И тут на корабле оглушительно завыл ревун. По небу стали шарить прожектора.
— По-моему, сейчас будет жесткая посадка, — невесело пошутил Кирюха.
— Саша; опускайся как можно ниже к воде. — Турецкий мгновенно подчинился. — Зависни! — И Немой сбросил в воду тюк, который от удара моментально раскрылся и превратился в надувную спасательную шлюпку.
— Вперед, по одному! Вениамин, давай, примешь Барковского. Митяй, Вася! Пошел! Саша, штурвал на себя и сразу прыгай!
Вертолет пошел вверх, Александр еле успел вывалиться в дверцу.
Капитан уже завел движок, и лодка покатилась по низким волнам, уходя от американского корабля. А еще через минуту вдалеке они услышали высоко в небе взрыв, и верный себе, неунывающий Кирюха произнес:
— По-моему, нас только что сбили!
— Нас, ребята, сбили еще на взлете! — серьезно сказал Немой. — Теперь я это точно знаю. Нас подставила Москва!..
Вязкий туман лег на море. Словно огромный зверь опустился брюхом на поверхность воды. Волны осторожно лизали это белесовато-сизое брюхо, прикасались к нему и тотчас отступали, словно брезговали сливаться с этой странной массой, дышащей’ промозглостью и ядовитыми испарениями.
Веня Сотников, задрав кверху ноги, валялся на корме в прескверном расположении духа. Турецкий и Немой все еще выясняли отношения.
— Да я в сотый раз повторяю — не было у нас другого пути удрать из Японии, — горячился Немой. — Нам надо было как-то выкручиваться.
— Да ушли бы как-нибудь!
— Да не ушли бы мы, сам знаешь!
— И ты нас сдал янкам?
— Да! Сдал! Не поубивали же они нас.
— Это случайно!
— Нет-нет, я все продумал, — не очень уверенно парировал Немой. — Я им сказал, что оборудование у вас. Они, честно говоря, считают, что речь идет о каких-то подслушивающих устройствах.
— Хорошо. Но теперь-то что? Кто мешает теперь японцам прочесать все море и нас найти. Американцы уже в Японию доложили, что мы сбежали.
— Американцы сами себя надули,— невесело усмехнулся Немой. — «Мой» труп японцы нашли на берегу моря. Понимаешь, американцы постарались спрятать концы в воду. Теперь им соваться к японцам не резон.
— Сильно! Что ж ты раньше не рассказывал? Капитан отвернулся. Турецкому показалось, что плечи Немого вздрогнули.
— Ты что?
— Да так… — сдавленно ответил капитан. — Жену мою на опознание должны привезти. А она у меня… — Немой до скрежета стиснул зубы. При воспоминании о Боцмане его тело как-то сладко и ватно слабело. Он вспоминал ее глаза, руки, губы… Но дальше идти в своих воспоминаниях запрещал себе, потому что вообще двинулся бы умом. Он не просто любил жену — он ее боготворил. Вот и сейчас он сжал себя железным кулаком. — Но даже не в этом дело, — сказал сухо, — просто все сразу раскроется.
—М-да…— протянул Александр, потому что больше говорить было нечего.
— Господи, в мужские игры женщину заставляют играть. Она у меня крепкая, она, конечно, выдержит, но к чему все это вообще?! — все-таки вырвалось у него.
— М-да… — повторил Турецкий. — Тебе бы сейчас, конечно, выгоднее «мертвым» оставаться.
Александр положил руку на вздрогнувшее плечо Немого.
Турецкий и Немой говорили тихо, чтобы не тревожить остальных ребят. Те вымотались за последние дни — пусть отдохнут.
Веня глядел на колышущуюся водную гладь и время от времени изрекал в пространство так, чтобы слышали остальные:
— Хренотень, да и только.
В устах интеллигента Сотникова это звучало как самая грубая брань.
Впрочем, никто не реагировал. И без дурного настроения Вени хватало забот.
Капитан был прав — из Японии они сбежали. И из плена — тоже. Но
